Книга Позолоченная месть, страница 21 – Лисса Мия Смит

— Очень мило с твоей стороны, Олтон, – язвительно ответил Джек. Он закатал рукава, обнажив на удивление мускулистые, хоть и не менее бледные, чем у нее, руки. – Ну а я состою в Обществе с самого рождения, поскольку в нем состояли мои родители. Если точнее, более века назад мои предки стали одними из его основателей. Наша главная резиденция находится в городе, но я всегда проводил лето здесь, в Авалоне-на-Гудзоне. У многих членов Общества есть здесь поместья. Мы любим иногда укрыться от посторонних глаз.

Эмми бросила взгляд на пустые стулья.

— Твои родные знают, что мы здесь?

— Сложно сказать. – На его губах мелькнула едва заметная улыбка. – Они все мертвы.

Эмми удивленно глянула на Джимми, ища подтверждения. Но они с Калебом молча, без тени юмора, смотрели в тарелки.

— Так, значит, ты хочешь отомстить за свою семью?

— Если согласишься помочь, я все тебе расскажу. – Он сделал большой глоток вина. – Что касается моего плана, я уже говорил, что у меня четыре цели: канцлер Страттон, Оливер Страттон, Грейс Монтгомери и Клара Клэрмонт.

— Дочь Клэрмонтов? – Калеб нахмурился. – Но она не замешана в пожаре.

«Пожар»? Эмми отметила это слово, накалывая на вилку очередной кусочек мяса.

— Она помогла Грейс Монтгомери подставить нашу мисс Валлильо. К тому же, – добавил Джек, наливая себе еще вина, – она мне никогда не нравилась.

Эмми никак не отреагировала, чем, кажется, разочаровала Джека. Ну и хорошо.

— Несмотря на богатство и высокий статус, у всех наших целей есть фатальные изъяны. Канцлер, например, любой ценой хочет удержать власть, а его сын ленив и жаден. Их слабости можно использовать, чтобы добиться справедливости, которой мы желаем.

— Какой именно? – уточнила Эмми. – Смерти?

Джимми хмыкнул:

— Да нет, Фонтейн не собирается никого убивать.

«Больше», – чуть было не добавила Эмми, но вместо этого сказала:

— Он говорит о справедливости. А мой отец мертв.

— Сан-Рокко не хотел бы, чтобы ты…

— Мне все равно, умрут они или останутся гнить за решеткой. – Джек говорил непринужденно, даже с оттенком веселья, но в глазах горела жажда крови. – Лишь бы страдали.

— Ты же не всерьез? – спросил Джимми, а Эмми прислушалась к собственной совести. «Не убий». Эти слова были выгравированы на входе в ее школу. Она десять лет каждый день проводила по ним пальцем. Но теперь совесть, похоже, ее покинула.

— Чтобы расставить для них ловушки, мы должны стать уважаемыми членами Общества чародеев, – продолжил Джек. – Желательно из ближнего круга, из тех, кому канцлер доверяет лично.

— Ну да, – проворчал Калеб. – Давай еще с английской королевой подружимся.

— Я не сомневаюсь, что Фонтейн все продумал, – осадил его Джимми.

— Тебе не надоедает вечно с ним соглашаться?

— Тебе не надоедает вечно с ним спорить?

— Вы даже представить себе не можете, как долго я разрабатывал этот план. – Джек одарил Калеба жестким взглядом. – Эмми изменит нашу внешность, чтобы никто в Обществе нас не узнал. И она же обеспечит нас деньгами, чтобы подготовить Мистфилд к приему гостей в июне.

Смех вырвался у нее из груди так внезапно, что Эмми чуть не задохнулась. Джек говорил совершенно серьезно, и этим окончательно подтверждал свое безумие. Даже если бы Эмми каким-то образом удалось вернуть себе магические силы, она ни разу в жизни не меняла чью-то внешность.