Книга Попаданка под развод с чудовищем, страница 97 – Дарина Ромм

— Что такое «Прорва»? Ты говорил, что много лет сражаешься с ней, зачем мы тогда пришли к ее храму, если она враг? – тоже шепотом спрашиваю я.

— Хороший вопрос, женщина в мужской одежде. Жаль, ответа тебе никто не даст, – раздается в ответ голос.

Ну, как голос?! Скорее, этот звук похож на смесь оглушающего грома и пушечного выстрела, сложившихся в слова. Громких настолько, что у меня едва не лопаются барабанные перепонки.

— Ничего себе голосок! – шиплю я, торопливо зажимая уши. Лис синхронно повторяет мой жест, болезненно морщится.

— Это голос Прорвы, – спокойно поясняет дракон. Ему, судя по всему, эти жуткие звуки вообще никаких неудобств не доставили. Он встает перед нами с лисом и громко произносит:

— Мы пришли к тебе за помощью, Ханунг.

— Женщина может зайти, – после паузы раздается новый пушечный выстрел прямо в мои бедные уши.

— С этой женщиной пришел я. Пропусти нас двоих, – требует дракон, глядя на храм.

— Я с ними! – выступает вперед Седрик. Мы с Ардаром удивленно поворачиваемся к лису: ему-то, что от Храма нужно? Честно говоря, я не знаю, для чего и мне туда идти, что там делать, если мы с драконом вроде как больше не разводимся…

На наши вопросительные взгляды Седрик разводит руками:

— Ну а что, мне бы тоже развод не помешал…

Гигантский каменный орел поворачивает к нам голову, и в уши снова бьет гром, теперь насмешливый:

— Неужели лисий принц откажется от выгодного брака, устроенного его отцом?

— Откажусь! – выцеживает оруженосец.

После еще одной паузы, показавшейся мне бесконечной, раздается ворчливое:

— Зайдите все, если уверены, что пройдете проверку. Только без лошади и без этого… панцирного уродца.

В ответ брарч оскаливает свои «хорошенькие» зубки и рычит, а со стороны Храма несется довольный смех. Шутники тут живут, однако! В итоге брарч отправляется с нами, и Храм, вроде как, не возражает.

Исчерченные барельефами стены были, казалось, прямо перед нами, но мы идем уже не меньше часа. Делаем шаг за шагом, а Храм вообще не приближается, даже как будто отдаляется.

От растрескавшейся земли пышет жаром, голову нещадно печет солнце, и дико хочется пить, но у нас собой ни глотка воды: нам было велено идти с пустыми руками. Кто там жаловался, что на лошади ехать некомфортно?! Официально признаю – была неправа!

— Что происходит? – первым не выдерживает Седрик. С каждой минутой лис делается все бледнее. На повязке, стягивающей рану от стрелы, проступает кровь, но он упорно делает шаг за шагом, хотя видно, как тяжело ему это дается.

— Думаю, это часть проверки, о которой нас предупредили, – цедит дракон, с тревогой глядя на оруженосца.

— Ардар, нужно остановиться и посмотреть, что с Седриком. У него же кровотечение открылось, – не выдерживаю я, когда лис становится уже зеленым, а красное пятно расползается на все плечо.

— Мы не можем останавливаться. Уверен, это проверка… – вторит дракону лис.

— Да нафиг такие проверки! Считай, я их не прошла! – возмущаюсь я и останавливаюсь, требую. – Седрик, быстро сядь, я посмотрю, что с тобой.

— Седрик в порядке, – хрипит лис и, закатив глаза, оседает на землю.

— Ну вот, допроверялись! – ахаю я. Кидаясь к нему, начинаю стягивать мокрую от пота и крови рубашку.

— Принц лисов не прошел проверку. Женщина тоже, – язвительно грохочет гром. – Дальше может идти только дракон.