Книга Попаданка под развод с чудовищем, страница 117 – Дарина Ромм

В общем, заниматься всем тем, чего Ардар раньше просто не видел, потому что все время проводил на границе с Прорвой, отбивая мир от ее атак. А Прорва, кстати, вообще затихла и никак себя не проявляет. Наверное, никакой агрессии с ее стороны, потому что и с нашей ее не стало: сейчас в нашем мире идут созидательные процессы, на злобу, ненависть нет ни сил, ни желания. Очень хочется верить, что и дальше мы будем мирно сосуществовать, и однажды Прорва из монстра превратится в светлое божество, каким была когда-то.

Кстати, меня ведь тоже прочили в правители… Да, в тот день, когда наш брарч Хорр откушал бывшим королем Пакрисием, Ардар взял меня за руку и подвел к золотому трону:

— Аделаида, ты наследница своего деда, последнего избранного короля. Ты должна сесть на трон: артефакту нужно сделать выбор.

Честно, вообще не хотелось прикасаться к этому креслицу, где только что подпрыгивал и верещал «мой трон» уродец в золотых нарядах. Но Ардар был прав – по закону этого мира артефакт должен сказать свое слово.

Он и сказал: не успела я пристроиться на золотом сиденье, как пулей вылетела из него. К счастью, не Хорру в пасть, а в руки своего мужа.

— Э-э-э, Аделаидочка, прости, но не годишься ты в правители, – прокомментировал Седрик, а я с облегчением выдохнула: «Да и, слава богу!»

Но стоило на золотое кресло сесть Ардару, и как-то сразу стало понятно, что это и есть король. Потом трон засверкал, словно новогодняя елка, раздался мелодичный звон и низкий, протяжный голос объявил, что Ардар эр Драгхар становится королем.

Как потом я узнала, этот голос слышали не только мы в парадном зале Рихнорра. Он прозвучал на все королевство, в каждом уголке немаленькой страны. И даже те граждане, кто был в это время за пределами страны, тоже его услышали! В общем, магия чудесная, волшебная, прелестная…

* * *

Я отвлекаюсь от своих воспоминаний и еще раз звоню в дверь бабушкиной квартиры. Ну а вдруг?! И «вдруг» случается: загремев замками, открывается соседская дверь, и из нее выглядывает недовольное лицо бабы Глаши, бабулиной заклятой подруги.

— Это хто тута шумит? – кряхтит она недовольно.

— Баба Глаша, это я, Аделаида, – кидаюсь к ней.

— Хто? Аделаидка, ты, что ли?! – ойкает соседка, разглядев мое лицо сквозь толстые стекла очков. – Живая?!

— Живая! Живая и невредимая! – всхлипываю. Как же я рада видеть эту вредину и ворчунью!

— А это кто такой здоровый с тобой? – бабка подозрительно смотрит на Ардара.

— Это муж мой, баб Глаш. Со мной вот приехал тетю Ларису навестить и бабушкину квартиру проверить. Не знаете, кто здесь теперь живет?

Соседка на мой вопрос как-то странно крякает и велит:

— А ну, заходьте ко мне, разговор долгий будет.

Вскоре мы сидим в маленькой, но очень чистой кухоньке бабы Глаши. Пьем кирпичного цвета чай с сушками и слушаем.

— Как Агатка, бабка твоя, преставилась, а тебя стерва Лариска выгнала, так и начались чудеса в решете, – обстоятельно, никуда не торопясь, принимается рассказывать баба Глаша.

— Во-первых, Лариска и ее гадюки-дочки ничего из квартиры унесть не смогли: ни ложки, ни плошки, ни мыла куска. Они же, как тебя за дверь выставили, нагребли полные сумки и сунулись на выход. Да не тут-то было! Я в глазок-то все как есть видела! Они в дверь лезуть, а пролезть не могуть, словно их сила какая-то не пущает. А как сумки поставили, так, пожалуйста, – выходи, никто тебя не держит. Ох, и визгу тогда было! – восторженно тянет баба Глаша и даже глаза прикрывает от удовольствия.