Книга Попаданка под развод с чудовищем, страница 108 – Дарина Ромм

— За своего мужчину?

— Например, за мужчину. За свой дом, за ребенка…

— Ребенка? – это слово отзывается в душе чем-то неприятным, заставляет меня нахмуриться. На краю сознания мелькают и тут же исчезают обрывки мыслей о каком-то ребенке и наследстве… или о наследовании…

Тру лоб, как стал часто делать в последнее время: да что такое с моей головой?! Что за пустота в ней появляется, стоит подумать о некоторых вещах?

— Вам плохо, генерал? – звучит совсем рядом участливый голос. Хозяйка замка стоит очень близко и с тревогой смотрит мне в лицо. До меня долетает ее запах, тонкий и чувственный одновременно, заставляющий меня с наслаждением втянуть его в себя.

— Что-то происходит с моей памятью, – признаюсь неожиданно. – Словно я забыл что-то очень важное…

— Женщину, быть может? – произносит Аделаида тихо и очень печально.

— Женщину? Нет, моя женщина рядом со мной, – отвечаю не слишком уверенно.

«Совсем р-рядом. Глаза откр-рой!» – рычит Аргх, а я снова мысленно прикрикиваю на него: что-то распустился мой зверь. Может, тоскует по небу, я ведь давно не летал, совершенно не тянет разворачивать крылья.

— Рядом? – на губах Аделаиды появляется горестная улыбка. – Тогда что вас может тревожить, генерал?

— Не знаю. А вы, Аделаида, что вас заставляет грустить?

— Я потеряла любимого мужчину, – она отходит от меня. А у меня в груди неприятно свербит: неужели она так любила эр Счастхара?

— Вы говорите о Люстине? – выдавливаю из себя. Зачем я это спрашиваю? Мне нужно просто извиниться и уйти, но я словно прилип к полу и не свожу глаз с вдовы бывшего друга.

— Люстина? – недоуменно переспрашивает Аделаида. – А, вы говорите о… моем муже Люстине эр Счастхаре?

— У вас есть еще какой-то муж, кроме Счастхара? – спрашиваю с неожиданной злобой.

— Был… только он… забыл меня, – отвечает она, опустив голову, и я вдруг вижу, как по бледной щеке бежит слеза. Не соображая, что творю, делаю к ней шаг и кладу руки на плечи.

— Аделаида, посмотрите на меня! Как мужчина мог забыть вас?

— Думаете, такого не может быть? – в устремленных на меня синих глазах слезы перемешиваются с тоской.

— Я бы никогда не забыл вас, – произношу глухо. Не понимая, что делаю, обнимаю ее лицо ладонями, наклоняюсь и начинаю собирать губами слезинки с уголков глаз, щек, с дрожащих губ…

— Аделаида, – шепчу в них.

— Ардар, ты… – ее голос замирает, дрожащее дыхание оседает на моих губах, и в следующий миг я ее целую.

Провожу губами по ее соленым от слез губам. Поглаживаю, втягиваю их сначала нежно, потом глубже, и вот уже целую жадно, ненасытно, как никогда не целовал ни одну женщину. Разве никогда?!

Перед глазами что-то взрывается, яркое и безумное, словно фейерверк в дни праздника Новогодья. Окатывает меня огненной, расплавляющей сердце и душу волной. В голове тихо щелкает, и я вспоминаю…

— Аделаида, где же ты была так долго? Я искал тебя по всему храму. Едва не вышиб дух из жрецов, – шепчу в распахнутые навстречу губы. Смотрю в сияющие синие глаза и понимаю, что всему миру перегрызу за них горло.

Особенно тем, чьи голоса раздаются где-то рядом, но безумно далеко от меня. Той, что визжит:

— Папа! Он ее целует! Вели казнить эту рыжую тварь!

И в особенности тому, кто отвечает:

— Не волнуйся, дочь, они оба за это ответят. Стража!