Книга Анна и волки, страница 27 – Салма Кальк

Лететь, почти не касаясь пола, только отталкиваться от него пальцами, и не забывать, когда – стопа, когда – каблук. Прыжок, снова прыжок, полный поворот в воздухе… а потом музыканты ускорились.

Анна вдруг поняла, что кроме их пары в кругу больше никого не осталось. Все вокруг отбивали им ритм руками и ногами, почти перебивая музыкантов. Она поймала горящий взгляд Эдварда и прыгнула…

Музыка оборвалась как будто внезапно, хотя в самом деле вовремя и на месте. Гости хлопали, топали и кричали. Анна зацепилась стопами за пол, как учил господин Ожье, а кончиками пальцев – за ладонь Эдварда, и устояла на ногах, не теряя достоинства. Медленно поклонилась ему, он так же медленно и церемонно поклонился в ответ.

— Благодарю вас, это была лучшая вольта в моей жизни, – тихо сказала она.

— Не поверите, но и в моей – тоже лучшая, – наклонил он голову.

И повёл её навстречу разгневанной бабушке.

* * *

— Леди Анна, возвращаю вам вашу внучку, – Эдвард подвёл её к бабушке и изящно поклонился.

— Благодарю, – сурово сказала бабушка. Дождалась, пока он отошёл, и продолжила. – У тебя что, совсем стыда нет – со всеми чужими стражниками танцевать?

— Вы несправедливы, – ответила Анна тихо, но твёрдо. – Этот человек не сделал ничего плохого ни мне, ни вам, не следует его обижать.

— Вот ещё, обижать! Кого? Эту страхолюдину бездомную? Я слышала, лорд Уолтер его выгнал, и утром он отправляется восвояси. Но тебе не следует демонстрировать своё расположение подобным людям. Даже не из-за того, что ты должна вскоре выйти замуж, а потому, что не подобает леди танцевать вольту с проходимцами!

Бабушка была готова продолжить тираду, но тут подоспели сестрицы, и она удалилась, оставив Анну в надёжных руках, лишь строго глянула напоследок.

— Скажи, зачем ты с ним танцуешь? Он же страшный! – зашептала Джейн ей на ухо.

— Страшный? – Анна не просто удивилась, она в изумлении уставилась на сестру.

— Конечно! – зашептала Фрэнсис с другой стороны. – Громадный нос, один глаз меньше другого, волосы клочьями, а уши торчат! И одет как бездомный!

Слова родни Анну как громом поразили – что за чушь они говорят? Какой нос? Какие уши? Да Эдвард самый красивый мужчина, которого ей довелось видеть за всю её жизнь! Уж сейчас в зале точно нет ни одного, кто был бы красивее! И одет он отлично, дорого и со вкусом. И тушей немытой от него не воняет, и перегаром тоже. Что за чертовщина?

— Мне он хорош таким, каков есть, – непреклонно ответила она. – Вы видите в этой зале более умелого танцора?

— Однако нет. Прямо удивительно, с его-то короткими и кривыми ногами, – фыркнула Джейн.

— Ладно, предположим, что Господь лишил меня разума и затмил зрение. Давай посмотрим ещё на кого-нибудь, скажем – на ту же Агнес. Мы видим одно и то же?

— Я вижу набелённую дуру в розовом, – хихикнула Фрэнсис.

— Которая правую ногу не отличает от левой, зато клеится к отцу, пока Кэтрин не видит, – презрительно сказала Джейн.

— Отлично. А если посмотреть на лорда Уолтера? Я вот вижу мешок с кишками.

Сёстры захихикали.

— Точно, это про него! – рассмеялась Фрэнсис.

— Значит, все видят то, что есть. И закончим на этом, – Анна постаралась глянуть на сестёр так, как на неё саму смотрела иногда бабушка.

— Ладно, но вкусы у тебя всё равно очень странные, – дёрнула плечом Фрэнсис.