Книга Служебные обязанности, страница 26 – Салма Кальк

Бабушка повторяет, что дожила до своих почтенных лет только потому, что никогда не поднималась рано утром и всегда находила минутку на себя саму. Ничего, может быть, у меня получится успевать всё? Пока я полна сил и очень хочу побольше узнать о делах, а к вечеру вернуться и собраться на бал.

Колетт остаётся дома, я прошу её приготовить мне на вечер новое зелёное платье с миллионом мелких оборок, множеством локтей серебряной тесьмы и чёрного кружева. На шею я надену специально сплетённое кружевное украшение, это широкое оплечье, расшитое мелким жемчугом. В столице начали их носить не так давно, и мы с Жозефин быстро заказали себе в знакомой кружевной мастерской по такой штуке. Но это потом, а сейчас я надеваю строгий костюм из тёмно-зелёного сукна — длинную юбку, спереди она совсем плоская, только по подолу вышитый чёрный орнамент, зато сзади множество складок, и бант сверху, и сзади она чуть длиннее, чем спереди, и мне очень нравится, как это выглядит. Сверху жакет, такой же зелёный с вышитой чёрной отделкой. Да, я люблю носить зелёное, и все говорят, что умею подобрать оттенок к лицу, даже злые языки. У белоснежной блузки воротник-стойка, он торчит в вырезе жакета. Косы уложены в строгую причёску, волосок к волоску. Шляпа. Перчатки. Я готова отправляться.

Колетт бурчит, что нечего мне одной разъезжать по городу, но я улыбаюсь и грожу ей пальцем — нечего болтать, да? И бегу к экипажу.

Мы едем где-то с полчаса — пока добираемся до Портовой набережной, где у нашего предприятия контора с незапамятных времён. Прадедушка приобрёл все эти корабли и земли вместе с офисом, так гласит легенда. И вроде бы даже не господин Курби, продавший ему дело, купил этот дом, а некая дама, владевшая землёй и кораблями ещё до революции, это вообще больше ста лет назад было.

Мысль о том, что когда-то это дело даже если и не начала, то поддержала и расширила некая дама, греет мне душу, я говорю кучеру, что меня следует подождать во внутреннем дворе, и захожу внутрь.

Двухэтажный особняк построен до революции — со всеми финтифлюшками и украшательствами тогдашнего стиля. Вроде бы, здесь был скромный дом, но та самая дама, после уехавшая от немилости короля в Другой Свет, построила для своего офиса красивое здание. Папенька регулярно оплачивал ремонт, и к слову, сейчас оно в отличном состоянии. Мне нравится — никакой треснувшей или, того хуже, облупившейся штукатурки, выгоревшей краски, треснувших стёкол или ещё чего-то похуже. Стёкла чистые, ручки дверей блестят. Пока мне всё нравится.

И мне навстречу уже спускается со второго этажа господин Анутан Канолль. Ему тридцать пять лет, он отлично выглядит — черные волосы уложены, сюртук модного покроя, ботинки блестят, в галстуке булавка.

— Дорогая госпожа Дюмон, я рад приветствовать вас, — улыбается он. — Вы давненько не приезжали в Массилию! Вы желаете получить отчёт, так? Прошу вас в кабинет, я распорядился, нам сейчас подадут арро и сладости.

— Благодарю, господин Канолль, я тоже рада вас видеть, — тоже улыбаюсь. — Конечно, пойдёмте в кабинет. Только арро чуть позже, если можно, сначала дела.

— А что же ваш супруг, он не приехал? — осторожно интересуется господин Канолль.

— Супруга нет и пока не будет, — строго говорю я. — Свадьба расстроилась.