Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 119 – Алёна Морская

— Сударыня Деланей, успокойтесь! – вмешался Улген, сидящий у второго костра. – Если бы не сударыня Вайс, вы могли бы уже умереть! У вас практически задело ярёмную вену, и, кроме Лилейн, ни у кого не осталось сил, чтобы вас спасти.

— Спасти? Чтобы потешаться? Эта стерва завидовала, что у меня, в отличие от неё, нет шрамов, и поэтому прокляла меня! – Ахана продолжала кричать, со злостью взирая на спокойное светлое лицо перед ней.

«Из-за этой девки Абелард даже не смотрел на меня, а теперь – и подавно не взглянет!»

— Сударыня Деланей! Вы забываетесь, – вклинился в разговор лорд Скирен-Квад, пришедший на крики. Он встал между девушками, оттесняя Ли-Льен себе за спину вопреки этикету. Обычно мужчины не вмешивались в споры дам. – Как вы можете обвинять того, кто вас спас?

— Зачем вы защищаете эту лгунью? Она всем врала, что обычный маг, а теперь строит из себя добренькую!

«Да ещё эти трюки с огромным резервом! Все знают, что женщин-магистров не бывает!»

— Останется у тебя шрам или нет – ещё неизвестно, – холодно произнесла Ли-Льен. – А вот изменится ли твой характер в лучшую сторону – большой вопрос.

При этом Ахане показалось, что взгляд карих глаз, обращённый на неё, будто с насмешкой говорил: «Ого, решила обнажить своё нутро?»

— Лилейн, – укоризненно произнёс Абелард, обернувшись к своей фее, которая лишь подлила масла в огонь.

Из-за того что обернулся, мужчина не успел остановить рычащий рыжий смерч, бросившийся на Ли-Льен.

— Похоже, она не отошла от произошедших событий, – отметил Морус, лёгким магическим импульсом в точку на шее усыпляя Ахану, когда та практически налетела на «женщину-магистра». – И откуда столько прыти?

Сударыня Деланей обмякла, и подхвативший её Абелард отнёс девушку обратно в шатёр.

Спустя время преподаватели провели короткий обряд погребения Венега и Лейфура. Инквизиторам редко удавалось вернуть своих товарищей в их родные края. Особенно сейчас, когда ни у кого не осталось ни сил, ни лошадей.

Вскоре рассвело.

Троица разведчиков подошла к кромке леса, за которым виднелась во всей красе опустевшая деревня.

Ночь вышла холодная, оттого остатки ледяного заклинания Ли-Льен почти не растаяли, сверкая в рассветных лучах будто щупальца морского чудовища. Морус вздохнул. Сейчас сил на то, чтобы проанализировать пространство вокруг, у него не было. Придётся полагаться только на свои органы чувств.

Когда небольшой отряд вошёл в деревню, студентка, уверенная в том, что в живых здесь нет никого, кроме них троих, медленно прогуливалась по единственной улице, полной искалеченных трупов жителей Любучи. В одном из них, ребёнке с перерезанным горлом, проткнутым сердцем и потухшими, широко раскрытыми синими глазами, девушка узнала давнишнего мальчонку с петушком.

«Их бы похоронить. Не могла вся деревня добровольно на такое пойти», – думала она мрачно.

По прошествии нескольких часов инквизитор убедился, что уничтожены-таки все личи. В некоторых домах он даже нашёл оплавленные металлические предметы – уже бесполезные атрибуты ритуала. Лошади, коровы, козы, птицы – все, кто остался живым в этой деревне, ныне спали мёртвым сном без признаков насилия.

Когда мужчины и девушка уже возвращались сквозь покрытую инеем высокую траву, Морус вдруг остановился. Его спутники, идущие позади, переглянулись.