Книга Наследие роз, страница 67 – Таисия Роуз

— Привет, Тереса, – поздоровался он, делая жирную точку позолоченной ручкой, после чего перевел внимание на меня. – Я рад, что с тобой все в порядке, – прозвучало холодно.

Виктор выглядел таким же истощенным, как и в последнюю нашу встречу: пологие круги под глазами, впалые щеки и покрасневшие от недосыпа зеленые глаза. Отличием являлись разве что светлые волосы, которые на этот раз мужчина зализал назад, оставляя только пару незаметных прядок на лбу.

— И тебе привет, пап, – недолго помолчав, ответила я.

— Как ты себя чувствуешь?

— Все в порядке…

Диалог был очень натянут, лишний раз подтверждая, какая между мной и отцом образовалась огромная пропасть. Не то чтобы мне не было чего сказать папе. Даже наоборот, я бы очень хотела выговориться, накричать на него за то, что утаивал все так долго, бросил нас с мамой и никогда должным образом не участвовал в моем воспитании. Но каждый раз, когда я встречалась с ним лицом к лицу, в горле начинал образовываться ком, переходящий в долгое молчание.

— Александр уведомил нас о том, что с тебя вновь пытались снять блок, – на этих словах я закатила глаза: снова упоминание треклятого Драгомира. – Поэтому было принято решение проследить за твоим состоянием до завтра. Копание в воспоминаниях очень истощает даже светлых, не говоря уже о людях.

Виктор откинулся на спинку стула, скрестив ноги, после чего устало потер переносицу и продолжил:

— Мы совершили ошибку, решив привезти тебя сюда раньше времени, поэтому теперь тебе очень опасно находиться как и в поместье, так и дома.

— Это мне известно, папа.

Победно усмехнувшись, я приземлилась на небольшую табуретку с колесиками, стоящую по другую сторону от стола.

— Мадам Бернар сказала, что ты мне хочешь что-то передать, – решила сама завести диалог я, всеми силами пытаясь не смотреть отцу в лицо. Если со взглядами Роспондов я могла потягаться, то с отцовским – без шансов.

— О, так ты уже знакома с Жизель. – Виктор скупо улыбнулся, будто вовсе данному не рад. – А вообще, да. Я хочу дать оберег, с которым темным вампирам или ведьмам красного камня будет сложнее тебя вычислить, особенно во внешнем мире.

Он оттянул черный галстук, туго затянутый на его шее и, нырнув пальцами под темно-синюю рубашку, достал хорошо знакомый мне амулет в виде спиральной руны.

— Это славянский символ рода, – произнес он, снимая серебряную цепочку, на которую было прикреплено украшение с себя. – У каждой потомственной семьи ведьм есть подобные, наша, например, использует этот. Помимо знака плодородия, руна способна защитить от темных сил и различных воздействий, например, порчи или внушения. Еще при помощи подобных оберегов ведьмы скрывают свою энергию, из-за чего отличить их от обычных людей или же каких-либо других существ становится практически невозможным.

Виктор положил руну на стол и несколько раз провел по ней пальцами.

— Я дарю его тебе без каких-либо помыслов, – будто не мне, а оберегу прошептал он. – Теперь надень его и никогда не снимай.

С интересом разглядывая побрякушку со всех сторон, я одним движением закрепила его у себя на шее – замок оказался очень простым и послушным. Вся ситуация вызывала у меня смех. Передо мной будто был не папа, успешный бизнесмен со строгим взглядом, а цыганка с рынка, предлагающая погадать на дальнейшую судьбу и еще даже не взглянув на карты, выкрикивающая: «Порча… Это точно порча!», дабы припугнуть и содрать побольше денег.