Онлайн книга «Наследие роз»
|
Кристиан начал двигаться, срывая с моих уст непристойный стон. Я – слизала капельку пота, стекающую с его подбородка, впивалась в припухшие от поцелуев, неимоверно родные губы, тем самым заглушая стоны. Он не сводил с меня взгляда, стараясь запомнить каждую деталь лица, наполненного вожделением. Его глаза, словно омуты черной воды, манили меня своей глубиной, таящей внутри золотые сокровища. Он знал, что может взять и без спроса. Кристиан знал, что вся энергия, весь тот остаток человечности во мне – целиком принадлежит ему, но радужка не сменялась на желтую. Будто он хотел оставить мне все напоследок; оставить заполняющее душу счастье этого момента… Когда все закончилось, я еще долго лежала у него на груди, наслаждаясь медленным, размеренным и главное – живым дыханием. Не таким искусственным, как у Александра. Кристиан игрался с моими волосами, по случайности задевая некоторые прядки кольцом. А я, прикрыв глаза, оказалась в некотором пограничье, в кромешном бездумье. — Я люблю тебя. Обомлев, я резко проснулась. Он множество раз признавался в симпатии и подмечал красоту. Но никогда… Никогда не говорил столь прямых, сильных слов, пропитанных нежностью. Упираясь локтями ему в ребра, я приподнялась, оставляя аккуратный, практически невесомый поцелуй на уголке его губы. — Ты нужна мне, понимаешь, Тереса? Нужна… Почему ты не можешь жить ради меня? Жалобно выгнув брови, Кристиан позволил мимическим морщинам избороздить его лоб. Теплые массивные ладони сильнее сомкнулись на моей талии. Он ни за что меня не отпустит, пока не отвечу. Глаза заполнились слезами. И правда… Почему? Иренка всегда была эгоисткой, как бы я ни пыталась это отрицать. Она подписала контракт с Александром, не думая о последствиях, тешась лишь своими желаниями. Когда они с отцом развелись… Мама закрылась, совсем позабыв о моих чувствах. Всегда, абсолютно всегда она жалела больше всего себя. Я же… с детства смотрела на нее с восхищением. Восхищением от красоты, от непосредственности в характере и бойкости духа. Бабушка фактически вырастила меня и стала отдушиной, а мама – примером для подражания. — Не знаю, Кристиан… Я правда не знаю, – несколько соленых слез оросили его скулы. Я мигом их стерла, всячески стараясь сдерживаться. Такой прекрасный день попросту не мог закончиться очередной истерикой. Кристиан прижал меня к себе, нежно проводя полосу от затылка к шее и обратно. Мне хотелось ему все рассказать. Хотелось рассказать, что знаю все. Что мой приезд в поместье изначально был ловушкой. Он заслуживал правды… — Мы можем уехать. Контракт… Ты знаешь про контракт, Ти? – словно читая мои мысли, спросил Кристиан. Я кивнула, ощущая ком облегчения. Одной ложью меньше. — Он у меня. — Что?.. — Контракт сейчас у меня. Можем уехать… Залечь на дно. До Судейства около двух дней. Жидкой энергии еще осталось много, на неделю. Если переждем эти два дня, то… — Нет!!! Крикнула громко, истошно. Дернула ручку машины, проворно выбираясь на улицу. На смотровой было тихо, безлюдно. Я подошла к обрыву, присаживаясь на самый край, без опаски свешивая ноги. Уехать?.. Ни за что. Он убьет их всех, точно убьет. Сожжет заживо, как когда-то Филиппу. Выгрызет сонные артерии острыми клыками. А потом доберется до меня. Спустя год… Если повезет, два… Все равно доберется. |