Книга Развод. Ты спал с нашим психологом, страница 33 – Кира Роуз

Сын дышит в трубку, не отвечая. Я уже не пытаюсь заполнить каждую секунду: у него тоже должны быть слова, кроме ответов на мои объяснения.

— А почему у папы только кусок? — спрашивает он наконец. — Если дальше другое?

— Я не знаю, почему он дал тебе именно это. Я попрошу весь разговор. У меня его пока нет.

Мне хочется сказать: потому что ему выгодно, чтобы ты не приезжал ко мне. Но сын только что объяснил, как устал слушать нас обоих. Полного файла действительно нет. Придётся найти, а пока он может верить только моим словам.

— Он просил тебе не показывать, — признаётся Кирилл. — Сказал, опять расстроишься. Что мне просто надо знать и не торопиться с ночёвками.

Я отнимаю телефон от уха. Смотрю на экран, словно Павел тоже где-то на этом звонке и я могу обратиться к нему. Как удобно! Сын испугается, промолчит, а я буду ждать выходных и не понимать, почему он передумал.

— А ты всё-таки прислал, — говорю, вернув телефон. — Спасибо, Кирюш. Лучше спросить у меня, чем так бояться.

— Я сначала не хотел, — отвечает он. — Думал, приду и буду смотреть, не надоел ли тебе. А потом решил, что не могу так.

Я плачу уже открыто, вытираю щёку ладонью. Ему шестнадцать, и он сидит дома, придумывает, как не надоесть собственной матери. Я бы сейчас прижала его к себе и не отпускала. А он услышит только, как я опять шмыгаю носом.

— Ты мне не надоел. Я люблю тебя. Даже когда злюсь, даже когда мы поссорились.

— Я пока на выходные не останусь, — повторяет сын. — Не хочу.

Я киваю, хотя он не видит. Начинаю просить хотя бы не решать заранее, но слышу, как он устало выдыхает, и останавливаюсь.

— Хорошо. Захочешь просто зайти после тренировки — приходи. Я рада тебе и без ночёвки.

Кирилл обещает написать. Вспоминает про ссылку на фильм, говорит, что пришлёт. Я ещё раз признаюсь, что люблю его, слышу тихое «я тоже» и позволяю ему закончить звонок.

Некоторое время сижу на диване с мокрым лицом. Потом снова открываю переписку. Вот его обычное сообщение про тренировку, вот время, когда собирался прийти, а ниже — этот файл. Делаю отдельную копию, сохраняю сообщения и пересылаю всё Ларисе. Пишу, от кого получил сын, узнаваемую дату разговора и что было после него. Слово «голос» дважды набираю неправильно.

Адвокат перезванивает. Я сразу прошу не включать запись, пока мы разговариваем. Больше не могу слышать, как сама произношу эти слова.

— Хорошо, я послушаю отдельно, — отвечает Лариса. — Файл в переписке оставили?

— Да. И ещё скопировала. Я разрешала записывать, вы же видели согласие. Но не Павлу! Не для того, чтобы он…

Я опять начинаю плакать. Рассказываю про отказ от ночёвки, сбиваюсь на сегодняшний ужин. Лариса не торопит. Только когда я умолкаю, спрашивает, помню ли дату консультации точнее.

— Сопоставим с согласием, — говорит она. — И запросим полный оригинал. Сохраните всё, что пришло вместе с файлом, ничего из переписки не удаляйте. Особенно если Павел начнёт объяснять, откуда он у него.

— Вы можете сделать, чтобы он больше не давал это сыну? — спрашиваю я. — Он же ещё что-нибудь найдёт! Мы будем разговаривать, а Павел пришлёт следующее!

— Я изложу это в обращении. Но обещать, что он перестанет, не могу. Дарья, сейчас важно получить полную запись. И не заставляйте Кирилла слушать вас до тех пор, пока не согласится. Ему тоже надо прийти в себя.