Книга Развод. Ты спал с нашим психологом, страница 3 – Кира Роуз

— Дарья, ресепшен скоро закрывается, — произносит Виктория. — Сотрудники сейчас будут проходить. Пожалуйста, зайдите, мы поговорим.

Я жду, что она попросит прощения. Хоть как-нибудь объяснится. А ей важно, чтобы сотрудники не услышали!

— Вам за меня стыдно? — спрашиваю я. — Я вам мешаю? Может, мне ещё извиниться за то, что вернулась?!

Виктория перестаёт поправлять блузку.

— Я понимаю, что вы сейчас испытываете…

— Да ничего вы не понимаете! — Я всё-таки вхожу, оттесняю Павла плечом. — Нет, понимаете. Всё понимаете! Вы же меня расспрашивали! Про детей, про постель… Господи, я вам про нашу постель рассказывала!

От стыда меня бросает в жар. Хочется закрыть лицо, но я не могу отвести от неё глаз. Она сидела напротив и спрашивала, что мне мешает проявлять инициативу. Я, взрослая женщина, мяла салфетку и пыталась объяснить, как больно получать отказ. А она знала, почему он отказывает?

Павел закрывает дверь за моей спиной. На столике лежит мой телефон. Надо забрать его и уйти. Но я стою, смотрю на них, и мне страшно даже представить, что будет после того, как выйду отсюда.

— Даш, посмотри на меня, — просит муж. — Это случилось. Я не собираюсь отрицать. Но ты сейчас себе напридумываешь…

Я резко поворачиваюсь к нему.

— Что я ещё могу придумать?! Вы уже всё сделали!

Он стоит близко, и я вижу порез на щеке. Я ведь поцеловать его хотела. Несколько минут назад, в этом самом кресле. Теперь хочется ударить. Чтобы хоть перестал смотреть на меня с укором!

— Как давно? — выдавливаю я. — Только не ври мне сейчас.

Павел смотрит на Викторию. Она чуть отворачивается к окну. Я замечаю это и начинаю смеяться. Звук получается отвратительный, почти всхлип.

— Ты у неё разрешения спрашиваешь? Можно жене ответить?

— Недавно, — говорит он резко. — Даша, это началось совсем недавно. Мы с тобой уже… Ты же сама знаешь, что было дома.

В груди так больно, что я прижимаю к себе сумку. Да чтоб ты провалился со своим «сама знаешь»! Я знаю, как восемь месяцев сидела здесь и выслушивала, что слишком многого от него хочу. Знаю, как перестала звонить. Как вставала ночью, когда он приезжал, и грела ужин, чтобы хотя бы немного побыть рядом.

— Дома я была с твоим сыном! — срываюсь я. — С твоими рубашками, с твоей мамой, которой опять нужны были лекарства! А ты где был?! Вот здесь?

— Здесь — нет! — Павел отвечает слишком быстро и тут же добавляет: — То есть… Даш, сейчас вообще не об этом.

— Как это — не об этом?! — Я хватаю его за рукав, заставляю посмотреть на меня. — Ты мне в глаза врал! Сейчас, здесь! Я сказала, что боюсь тебе верить, а ты сидел и слушал!

Павел высвобождает руку. Я разжимаю пальцы: даже держаться за его рубашку противно. Господи, я же сама поблагодарила её за помощь. При нём!

Виктория обходит стол и останавливается у своего кресла.

— Павел прав в одном: ваши отношения действительно переживали тяжёлый период. Личная ситуация сложилась отдельно от нашей профессиональной работы.

— Отдельно?! — Я шагаю к ней. — Вы восемь месяцев объясняли мне, как сделать его счастливым! А сами с ним спали!

— Дарья, я не могу продолжать разговор, пока вы…

— Тогда помолчите! Хоть один раз! — Я почти захлёбываюсь словами. — Вы вообще могли меня консультировать? Жена вашего любовника! Вам нормально было брать у меня деньги за это?!