Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 10 – Мари Ли

Пентхаус Руслана Багирова занимал два верхних этажа одной из самых высоких башен. Когда двери личного лифта открылись прямо в гостиную, у меня перехватило дыхание.

Огромное, двухуровневое пространство было залито холодным светом через панорамные окна от пола до потолка. Темный глянцевый мрамор под ногами, матовый металл, минимум мебели строгих геометрических форм и захватывающий, пугающий до дрожи вид на раскинувшийся далеко внизу город. Люди и машины отсюда казались не больше муравьев. Квартира была абсолютно под стать своему хозяину — холодная, безупречная, подавляющая и лишенная даже намека на уют.

— Ваша спальня на втором уровне, — Инна указала на парящую стеклянную лестницу, которая выглядела так, словно нарушала законы гравитации. — Руслан Викторович просил передать, что сегодня вечером у вас первый совместный выход. Благотворительный аукцион. В три часа дня приедет команда стилистов. В девятнадцать ноль-ноль Руслан Викторович заедет за вами. Располагайтесь, Анна Сергеевна.

Она развернулась на каблуках, шагнула обратно в кабину лифта, и створки бесшумно сомкнулись.

Я осталась одна в звенящей, стерильной тишине огромного пентхауса. Воздух здесь пах озоном и легким оттенком того самого мужского парфюма.

Осторожно ступая по стеклянным ступеням, я поднялась на второй этаж. Моя новая комната оказалась размером с всю мою старую квартиру. Посреди нее возвышалась огромная кровать, ноги утопали в густом ворсе белоснежного ковра, а за скрытой дверью находилась смежная гардеробная... которая была доверху забита одеждой.

Я включила свет и неуверенно провела рукой по рядам вешалок. Натуральный шелк, тончайший кашемир, невесомая шерсть. Бирки с названиями модных домов, которые я видела только на страницах глянцевых журналов в приемных стоматологий. Домашние костюмы, элегантные платья, строгие брюки и целый стеллаж обуви — всё было моего размера, всё подобрано в изысканной, приглушенной цветовой гамме. Ни одного яркого, кричащего пятна. Багиров методично стер мою прошлую личность, заменив ее на эту идеальную, дорогую униформу.

Подойдя к туалетному столику из черного стекла, я заметила бархатный футляр. Медленно открыв его, я замерла.

Внутри, на черном шелке, покоилось кольцо из платины с бриллиантом такого размера, что им, казалось, можно было резать стекло. Камень хищно сверкнул в свете ламп. К футляру прилагалась короткая записка на плотной бумаге, написанная твердым, размашистым почерком:

«Надеюсь, это компенсирует утрату того недоразумения, которое вы швырнули в Скворцова. Наденьте его вечером. Р.Б.»

Я сглотнула подступивший к горлу ком, глядя на сверкающий камень. Это была не сказка про Золушку. Золушка получила свое платье от феи-крестной бесплатно. Это же была сделка, где меня только что официально промаркировали, как дорогую собственность. Я достала кольцо и надела на безымянный палец левой руки. Холодный металл тяжело лег на кожу, напоминая о том, кому я теперь принадлежу на ближайшие полгода.

Ровно в три часа дня тишина пентхауса была нарушена. Приехала команда стилистов — трое суетливых, но пугающе профессиональных людей. Следующие три часа я провела в кресле, пока надо мной колдовали. Мои волосы уложили в сложную, но кажущуюся небрежной голливудскую волну. На лицо нанесли макияж, который сделал мои глаза огромными и выразительными, скрыв все следы вчерашних слез и бессонной ночи.