Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 30 – Анна Яровая

— А я, значит, для семьи?

— Да.

Ответ звучит без колебаний.

— Ты умеешь держать дом. С тобой порядок. Я прихожу и знаю, что будет ужин, чистая рубашка, нормальная постель. Ты не требуешь каждую неделю ресторанов и подарков. Не лезешь в работу. Не устраиваешь сцен.

— То есть я удобная.

— Ты моя жена, — жёстко поправляет он. — И должна быть рядом.

— Потому что без меня рушится твой привычный быт?

— Без тебя всё рушится! — Игорь ударяет ладонью по столу. — Дома бардак, на работе не могу сосредоточиться. Кристина выносит мозг. Мать каждый день спрашивает, когда ты вернёшься. Люди уже смотрят как на идиота. Ты устроила этот цирк и довольна.

Я медленно поднимаюсь.

— Отойди.

— Собирай вещи, Даша. Сегодня переночуешь здесь, а утром поедем домой.

— Нет.

— Я не спрашиваю.

— А я не подчиняюсь.

Игорь смотрит на меня сверху вниз. Высокий, мощный, привыкший подавлять одним присутствием. Раньше мне хватило бы его взгляда, чтобы замолчать.

Но прежней Даши больше нет.

— Ты сейчас находишься в доме моих родителей, — произношу я ровно. — Уберёшь руку и отойдёшь от двери. Пожалуйста.

Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза.

Игорь делает шаг ко мне. В этот момент дверь распахивается.

— Вон, — говорит мама.

Она стоит на пороге без фартука, с прямой спиной и непривычно суровым лицом.

Игорь медленно оборачивается.

— Нина Петровна, мы разговариваем.

— Я слышала, как ты разговариваешь с моей дочерью. Забирай сумку и уходи.

— Это семейное дело.

— Семьи у тебя здесь нет.

— Не вмешивайтесь.

— В собственном доме буду вмешиваться столько, сколько сочту нужным. Вон отсюда.

Во двор выходит отец. Игорь замечает его за окном и убирает ладонь со стола.

— Вы все сейчас против меня, — произносит он. — Но потом Даша сама поймёт, какую ошибку совершила.

Игорь хватает дорожную сумку. В прихожей надевает пальто резкими движениями, едва не срывая пуговицу. Мама открывает дверь.

Он выходит на крыльцо, поднимает брошенный букет и смотрит на белые розы. Потом разжимает пальцы.

Цветы падают в грязь.

У калитки Игорь останавливается и оборачивается. Лицо спокойное, только на скулах ходят желваки.

— Ты всё равно вернёшься, — говорит он. — Вернёшься. Потому что ты моя жена.

— Суд решит кто я тебе теперь.

Игорь медленно улыбается. От этой улыбки по спине проходит холод.

— Развода не дам. Никогда.

Белые розы до темноты лежат возле калитки. Лепестки смешиваются с грязью, длинные стебли ломаются под ветром. Мама несколько раз собирается их убрать, однако я попросила не трогать.

Телефон Игоря молчит почти сутки. Потом приходит сообщение с незнакомого номера:

«Я даю тебе неделю. Потом приеду и заберу».

Не «поговорю». Не «попробую убедить».

Заберу.

Будто я вещь, которую он по ошибке оставил в чужом доме.

Я сохраняю сообщение для юриста, блокирую номер и иду помогать отцу. Он проверяет сарай перед холодами, а я держу доски, подаю инструменты и стараюсь не смотреть на дорогу.

Игорь ждёт, что я испугаюсь.

Возможно, я действительно боюсь. Но страх больше не управляет мной.

Через два дня мама отправляет меня в школу.

— Анна Семёновна сама просила зайти, — говорит она, заворачивая мне с собой два пирожка. — У них воспитательница уехала к дочери в район. Малыши без присмотра остались.