Книга В 62 я влюбилась в турка! И это только начало…, страница 71 – Анталия Лейн

Иногда оно приходит не вовремя.

Не по плану.

Не в том возрасте, который одобряют окружающие.

И всё-таки приходит.

Я написала Мурату:

«Спокойной ночи. А что будет дальше — Bakalım».

Он ответил почти сразу:

«Bakalım, Элена».

Я улыбнулась.

Пусть дальше всё развивается постепенно. Пусть будут новые встречи, разговоры, смешные недоразумения и, надеюсь, поменьше кулинарных катастроф.

Я больше не собиралась торопить жизнь.

Но и отказываться от неё не собиралась.

Если бы год назад мне кто-нибудь сказал, что в шестьдесят два года я влюблюсь в турка, я бы рассмеялась.

А потом, наверное, спросила бы:

— Вы точно обо мне говорите? Может, вы перепутали меня с какой-нибудь героиней турецкого сериала?

Но жизнь, как выяснилось, сценарии не согласовывает. Она просто однажды берёт и меняет сюжет.

И вот я уже не просто Елена, русская женщина в Анталии, которая ведёт блог, снимает видео и рассказывает подписчикам о своей жизни. Я женщина, которая снова умеет ждать встречи, улыбаться без причины и ловить себя на том, что среди сотни дел вдруг вспоминает чей-то голос.

А ещё я женщина, которая однажды поссорилась с мужчиной из-за баклажанов.

Да-да, именно так. Кто-то ссорится из-за денег, кто-то — из-за бывших, а я умудрилась устроить международный конфликт на почве турецкой кухни.

Впрочем, если бы Мурат знал, сколько раз я мысленно репетировала наши разговоры, выбирала наряд для встречи и переживала из-за его сообщений, он бы понял, что баклажаны были далеко не самой большой проблемой.

Хотя, конечно, вкусно приготовленный ужин способен спасти многое.

Но не будем отвлекаться. У этой истории был финал, к которому я тогда ещё только шла.

И, как выяснилось, дорога оказалась куда интереснее, чем я могла предположить.

В то утро Мурат написал мне:

«Элена, сегодня хочу показать тебе одно место. Приезжай к морю».

Я улыбнулась.

За время нашего знакомства я уже усвоила: если Мурат собирается показать мне какое-то место, это может означать что угодно. От прогулки по набережной до неожиданного путешествия в прошлое.

Поэтому я ответила:

«Хорошо. Но сразу предупреждаю: если ты опять собираешься рассказывать мне о своей лодке, я требую кофе и что-нибудь сладкое».

«Договорились», — написал он.

Вот и вся наша романтика. Никаких стихов при луне, никаких обещаний достать звезду с неба. Кофе, сладкое и мужчина, который уже знает, что без угощения его рассказ о море может оказаться под угрозой.

Мне нравилась такая любовь.

Без необходимости постоянно производить впечатление. Без игры в идеальную женщину и идеального мужчину. Без страха, что если ты сегодня не в настроении, то завтра тебя заменят кем-нибудь помоложе и повеселее.

Хотя насчёт помоложе я ничего гарантировать не могла. Мурат иногда так долго выбирал, где припарковаться, что я начинала подозревать: он просто ищет место с видом на пенсию.

Но именно за это я его и любила — за возможность смеяться рядом с ним и над собой тоже.

Я собралась и поехала к морю.

Мурат ждал меня у причала.

Поздоровался, поцеловал в щёку и протянул стаканчик кофе.

— Ты сегодня подозрительно хорошо подготовился, — сказала я.

— Я учусь.

— Чему?

— Тебе угождать.

— Мурат, это опасное занятие. У меня требования растут быстрее цен на продукты.