Книга Измена. Мой бывший - твой худший кошмар, страница 83 – Ева Найт

Я смотрю на последнюю бумагу, потом на дочь.

— Ты справилась.

Она выдыхает и улыбается.

— Очень не хочу когда-нибудь ещё учиться таким способом. Но теперь каждый договор читаю. Клиенты даже иногда сердятся.

— Пусть сердятся, — отвечаю я. — Только не превращай каждый вопрос в войну.

Полина усмехается.

— Это ты мне говоришь?

Мы обе смеёмся. Она складывает документы сама. Её нынешняя дизайнерская работа не связана с отцовскими бюджетами и распоряжениями. Заказы пока небольшие, имя приходится делать заново, но это её имя.

О деле «Вереска» мы говорим чуть позже. Суд уже установил роль Виктора, Фомина и Киры после расследования и исследования документов. Последние материалы получила от своей адвокатки и читала дома, с Андреем рядом.

Виктор получил обвинительный приговор и реальное лишение свободы. Имущественные последствия тоже не остались угрозой на бумаге. Фомин осуждён; его сотрудничество учли при назначении наказания, но оно не освободило от ответственности за участие и оформление. Кира получила обвинительный приговор за операции, в которых доказано её сознательное участие, и отвечает по присуждённым требованиям. Никто не назначал ей вину за весь объём только потому, что была любовницей.

Часть ущерба компания получила возвратами контрагентов и взысканиями с ответственных лиц. Остаток взыскивается дальше. Двадцатипроцентный пакет Виктора реализовали на рыночных условиях; вырученные средства направлены в том числе на исполнение его имущественных обязательств.

Полина знает эти факты. Знает и то, что отец в конце помог подтвердить её роль. Но от этого не забывает ни заявление, ни требование обвинить мать.

— Я вчера с ним разговаривала, — сообщает она. — Недолго. Про учёбу спросил.

— Как тебе после?

Дочь размышляет, смотрит на закрытую папку.

— Грустно. Иногда хорошо, когда он просто слушает. Потом вспоминаю всё и снова злюсь. Я не хочу звонить часто.

— Тогда не звони часто, — отвечаю я. — Ты сама решишь.

Она кивает. Я не спрашиваю, просил ли он передать мне привет, не советую, как простить. Не мешаю их контактам и больше не пытаюсь сделать за двоих хорошие отношения отца с дочерью. Свою часть жизни с Виктором я закончила.

Дома Андрей собирает небольшую дорожную сумку. Мы решили отметить годовщину начала наших новых отношений поездкой в загородный отель. Дату спокойно отпраздновать не получилось: у меня работа, у него встречи. Теперь нашли выходные и оставили дела людям, которым доверяем.

Я начинаю перечислять, что нужно проверить перед отъездом. Андрей слушает, потом показывает телефон.

— Светлана уже написала, что всё знает. Полина тоже. Можно ты положишь хотя бы свитер, а не ещё одну папку?

— Папку я не беру, — возражаю я. — Только ноутбук.

Он смотрит так выразительно, что я смеюсь. Ноутбук всё-таки оставляю. Два дня ресторан проживёт без моего постоянного присутствия. Мне пришлось научиться этому, иногда со скандалом из-за собственной тревоги.

Перед отъездом Андрей разговаривает с матерью. Спрашивает о самочувствии и назначенной встрече. Когда она переводит разговор на меня, он прекращает. Контакт сохранился, власть над нашей жизнью — нет. Я не слушаю у двери. Выбираю тёплый свитер, потому что вечером за городом прохладнее.

Отель небольшой, с тихим садом. Мы приезжаем до ужина, оставляем вещи и идём гулять. На дорожке пахнет влажной землёй; после недавнего дождя приходится обходить лужи. Андрей берёт меня за руку, не торопит. Я рассказываю о разговоре с Полиной, о новом проекте. Он отвечает про свой день, сердится на одну рабочую историю и потом смеётся над тем, как долго не мог перестать о ней думать.