Книга Развод. Ты назвал нашего сына чужим, страница 50 – Ева Найт

— Максим не мог украсть документы, — начинает он и замолкает.

Сын бледнеет. Ему мало отцовской веры, подаренной после генетического теста. Он уже знает цену фразы «мой сын не мог», если завтра появится другая бумага.

Кирилл будто слышит собственную ошибку. Поворачивается к Ирине:

— Поднимите все логи. Не выборочно. Права, поручения, пересылки, носители, камеры у рабочих мест. До этого никаких выводов — ни против Максима, ни в его пользу.

Антон усмехается.

— Очень удобно. Когда речь обо мне, доступ ограничивают сразу. Когда о нём — ждём.

— Твой доступ ограничили после найденных платежей и попытки скрыть документы от аудиторов, — Кирилл опирается ладонями на стол. — Максиму вернули право дать объяснения до наказания. То самое право, которого я уже однажды его лишил.

В комнате становится тихо. Ирина первая возвращается к работе: просит у Максима серийный номер ноутбука, у Антона — копию исходного задания. Дядя отвечает, что поручение могло быть устным.

— Тогда как стажёр получил расширенные права? — спрашиваю я. — Система сама решила доверить ему финансовый архив?

Антон смотрит на меня с ненавистью.

— Я не администратор.

Я придвигаю к нему скриншоты, которые он принёс сам.

— Зато автор записки.

Юрист просит нас не спорить. Максим садится и отправляет Ирине письмо, где Антон отвечает на таблицу: «Ошибка выгрузки. Не трать время». На экране появляется уведомление о получении.

— Этого недостаточно, — говорит Антон. — Письмо не разрешает скачивать весь массив.

— Поэтому и поднимут задание, — отрезает Кирилл. — Ты хотел одинаковых правил. Получишь.

Ирина просит до вечера не обсуждать проверку с сотрудниками. Потом добавляет, что при подтверждении нарушения компания обязана зафиксировать его в характеристике стажёра. Максим замирает.

— Эта характеристика нужна для конкурсного досье, — говорю я.

— Я знаю, — отвечает сын. — Поэтому Антон и выбрал это.

Он берёт рюкзак, но теперь не уходит. Садится обратно и ждёт выгрузку логов, потому что молчание оставит в бумагах только версию дяди.

Теперь на кону стоит не место Максима в компании отца. Антон добрался до репутации, с которой сын собирался строить жизнь без неё.

Ирина возвращается с логами через сорок минут.

Мы всё это время остаёмся в переговорной. Максим не притрагивается к воде, Антон отвечает на рабочие сообщения, Кирилл молчит. Я выхожу только за кофе для сына и, вернувшись, застаю братьев в тех же позах: Кирилл у экрана, Антон у окна. Раньше между ними это называлось взаимопониманием. Сейчас каждый ждёт, какая версия появится в отчёте.

Вместе с Ириной приходит системный администратор. Он подключает ноутбук к большому экрану, и на стене появляется таблица входов.

— Учётная запись Максима Соколова, — говорит он, увеличивая первую строку. — Расширенные права созданы в день выдачи тестового задания. Инициатор заявки — финансовый директор Антон Соколов.

Ирина просит увеличить фамилию инициатора и сохраняет снимок экрана в материалы проверки.

Максим медленно ставит бумажный стакан на стол.

— Само по себе это ничего не доказывает, — Антон даже не поворачивается от окна. — Доступ давал я, никто не спорит. Вопрос, куда он заходил потом.

— Сейчас увидим, — Ирина не позволяет ему перехватить разговор.