Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 53 – Саяна Горская

— Хо­чешь за­брать у ме­ня Ва­рю?

— Я хо­чу, что­бы моя дочь жи­ла нор­маль­но.

— Она жи­вёт нор­маль­но.

— В съём­ной ха­лу­пе?

— Ухо­ди.

— По­ду­май хо­ро­шо. Суд, опе­ка, ха­рак­те­ри­сти­ки, усло­вия про­жи­ва­ния, до­хо­ды. Я мо­гу сде­лать так, что те­бе при­дёт­ся очень дол­го до­ка­зы­вать, что твоя но­вая жизнь дей­стви­тель­но луч­ше для ре­бён­ка.

— Ты не по­сме­ешь.

— Про­ве­рять не со­ве­тую.

Вот та са­мая при­чи­на, по ко­то­рой я боль­ше не мог­ла оста­вать­ся.

Не вспыш­ки, не раз­би­тая ме­бель и да­же не кон­троль, от ко­то­ро­го неку­да бы­ло спря­тать­ся, а аб­со­лют­ная уве­рен­ность, что ес­ли я не со­гла­шусь доб­ро­воль­но, все­гда най­дёт­ся ры­чаг дав­ле­ния.

— Ухо­ди, Ро­ман.

— Я даю те­бе вре­мя.

— Мне оно не нуж­но.

— По­ду­май, преж­де чем сно­ва от­ве­чать, — он кон­чи­ком паль­ца под­тал­ки­ва­ет яб­ло­ко, и то па­да­ет на пол, раз­би­ва­ясь и луч­ше вся­ких слов вы­ри­со­вы­вая от­кры­ва­ю­щи­е­ся пе­ре­до мной пер­спек­ти­вы.

Ро­ман рез­ко раз­во­ра­чи­ва­ет­ся и идёт к две­ри. При ви­де Ва­ри его ка­мен­ное ли­цо ме­ня­ет­ся.

— Ва­рюш, я по­ехал.

— Уже?

— Да, лю­бовь моя. Зав­тра по­зво­ню, — он на­кло­ня­ет­ся, об­ни­ма­ет её, це­лу­ет в лоб. — Люб­лю те­бя.

— Я те­бя то­же.

Вце­пив­шись в двер­ной ко­сяк, про­во­жаю быв­ше­го му­жа взгля­дом.

Он лю­бит дочь, я в этом не со­мне­ва­юсь. Толь­ко лю­бовь Ро­ма­на все­гда идёт вме­сте с пра­вом ре­шать, как имен­но дол­жен жить тот, ко­го он лю­бит.

Дверь за­кры­ва­ет­ся, а я всё не мо­гу за­ста­вить се­бя по­ше­ве­лить­ся.

— Мам? — Ва­ря дёр­га­ет ме­ня за ру­кав блуз­ки.

— Что, ко­тё­нок?

— Вы опять ру­га­лись?

— Немнож­ко, — при­се­даю пе­ред ней. — Но всё хо­ро­шо, прав­да.

— Это из-за ме­ня?

— Нет. Нет, ми­лая. Ни­ко­гда не ду­май так. Это взрос­лые де­ла, и они во­об­ще не из-за те­бя.

Она вни­ма­тель­но смот­рит мне в ли­цо.

— Па­па сно­ва злил­ся?

— Нем­но­го.

— А ты?

— Ду­маю, я то­же немно­го зли­лась…

Ва­ря рез­ко бро­са­ет­ся впе­рёд и об­ни­ма­ет ме­ня за шею. При­жи­маю её к се­бе. На­вер­ное, силь­нее, чем нуж­но, по­то­му что Ва­рю­ша крях­тит: — Мам, ты ме­ня за­ду­шишь.

— Про­сти.

— Ни­че­го. А обе­щан­ные ма­ка­ро­ны с сы­ром бу­дут?

— Бу­дут, ес­ли ты мне по­мо­жешь

Раз­би­ра­ем с Ва­рей про­дук­ты со сто­ла. И пусть ма­ка­ро­ны с сы­ром бу­дут са­мой слож­ной за­да­чей на се­го­дня…

Иван.

Кто там го­во­рил, что по­не­дель­ник — день тя­жё­лый?

Этот че­ло­век яв­но не знал, что по-на­сто­я­ще­му тя­жё­лый день тот, в ко­то­ром те­бе пред­сто­ит ужин в ре­сто­ране с быв­шей же­ной и её но­вым ха­ха­лем.

Арине вне­зап­но при­спи­чи­ло об­су­дить но­вый гра­фик встреч с Со­ней. Ко­гда я пред­ло­жил пе­ре­не­сти раз­го­вор на вы­ход­ные, вы­яс­ни­лось, что это «ка­са­ет­ся бла­го­по­лу­чия ре­бён­ка и ждать не мо­жет», а ми­ну­той поз­же по­сле­до­ва­ло слад­кое пред­ло­же­ние непре­мен­но взять с со­бой неве­сту.

Ви­ди­мо, недав­няя но­вость не да­ва­ла быв­шей жене спо­кой­но спать.

Кра­са­ви­на, ко­неч­но, на моё пред­ло­же­ние от­ре­а­ги­ро­ва­ла рез­ким от­ка­зом. По­том до­ба­ви­ла, что у Ва­ри тан­цы и во­об­ще у них пла­ны, в ко­то­рые не вхо­дит ли­це­зре­ние мо­ей до­воль­ной фи­зио­но­мии. Это точ­ная ци­та­та.

Уго­ва­ри­вать её при­е­хать при­шлось дол­го.