Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 118 – Саяна Горская

Он ки­ва­ет.

— Уже несколь­ко лет.

— Это Иван ска­зал, что у нас вет­рян­ка?

— Иван Ан­дре­евич ска­зал, что по­ня­тия не име­ет, что у вас, по­это­му и по­про­сил ме­ня по­смот­реть ре­бён­ка.

Не­воль­но при­кры­ваю гла­за.

Да­же здесь умуд­рил­ся сфор­му­ли­ро­вать пра­виль­но.

От­кры­ваю дверь ши­ре и от­сту­паю в сто­ро­ну.

— Про­хо­ди­те.

Ан­дрей Сер­ге­е­вич ра­зу­ва­ет­ся, мо­ет ру­ки и про­хо­дит в ком­на­ту, где Ва­ря встре­ча­ет его крайне по­до­зри­тель­ным взгля­дом.

— Здрав­ствуй­те.

— При­вет. Го­во­рят, ты ре­ши­ла по­зе­ле­неть.

Ва­ря мрач­но ки­ва­ет.

— Ме­ня ма­ма на­ма­за­ла…

— Ви­жу. Кра­си­во.

— Во­об­ще-то нет.

— Лад­но, не ста­ну с то­бой спо­рить. По­ка­жешь, что у те­бя там?

Осмотр за­ни­ма­ет до­воль­но мно­го вре­ме­ни.

Врач тща­тель­но рас­смат­ри­ва­ет вы­сы­па­ния на ру­ках и спине, уточ­ня­ет неко­то­рые мо­мен­ты у ме­ня, спра­ши­ва­ет Ва­рю, ко­гда на­чал­ся зуд, бы­ла ли тем­пе­ра­ту­ра, что она ела по­след­ние дни, не при­ни­ма­ла ли но­вых ле­карств, не ме­ня­ли ли по­ро­шок или гель для ду­ша. По­том про­сит по­ка­зать пер­вые пят­на, ко­то­рые ещё не успе­ли под­верг­нуть­ся мо­е­му ху­до­же­ствен­но­му вме­ша­тель­ству.

На­ко­нец вы­прям­ля­ет­ся.

— Ну, ма­моч­ка, по­здрав­ляю. Ре­бён­ка вы зря рас­кра­си­ли.

— В ка­ком смыс­ле?

— Ветрян­ки здесь со­вер­шен­но точ­но нет.

— Что?! — Под­ска­ки­ва­ет на но­ги Ва­ря.

— Я го­во­рю, это не вет­ря­ная оспа.

На­вер­ное, ви­док у ме­ня слег­ка безум­ный, по­то­му что он сно­ва как-то стран­но улы­ба­ет­ся и раз­во­дит ру­ка­ми.

— Кра­пив­ни­ца. По ха­рак­те­ру вы­сы­па­ний и то­му, как они по­яв­ля­ют­ся и ме­ня­ют­ся, боль­ше все­го по­хо­же на острую ал­лер­ги­че­скую ре­ак­цию. Ни­че­го за­раз­но­го я здесь не ви­жу.

На­вер­ное, за по­след­ние неде­ли я слиш­ком при­вык­ла к пло­хим но­во­стям, по­то­му что хо­ро­шая не укла­ды­ва­ет­ся в го­ло­ве сра­зу.

— То есть… она не за­раз­ная?

— Нет.

— И в шко­лу мож­но?

— Ес­ли са­мо­чув­ствие нор­маль­ное, тем­пе­ра­ту­ры нет и но­вых симп­то­мов не по­явит­ся, мож­но. Я дам за­клю­че­ние. Толь­ко зе­лён­ку боль­ше не ис­поль­зуй­те, она здесь со­вер­шен­но ни к че­му.

— А ВЫСТУПАТЬ МОЖНО?! — Раз­да­ёт­ся оглу­ши­тель­ный вопль.

— А что за вы­ступ­ле­ние у вас, юная ле­ди?

— Тан­цы! У ме­ня пер­вое со­ло зав­тра!

— Ес­ли бу­дешь чув­ство­вать се­бя так же хо­ро­шо и сыпь не уси­лит­ся, не ви­жу при­чин не вы­сту­пать.

Ва­ря се­кун­ду смот­рит на него, буд­то не ве­рит.

— УРА-А-А! — Вски­ды­ва­ет обе ру­ки и ис­пол­ня­ет ка­кой-то су­ма­сшед­ший на­бор па. — Я бу­ду тан­це­вать! Мам, я бу­ду тан­це­вать! Я же го­во­ри­ла, что у ме­ня не вет­рян­ка!

Сме­юсь вме­сте с ней и неожи­дан­но по­ни­маю, что ещё немно­го, и опять рас­пла­чусь. Толь­ко те­перь уже от об­лег­че­ния.

Ан­дрей Сер­ге­е­вич тем вре­ме­нем спо­кой­но за­пол­ня­ет за­клю­че­ние, за­пи­сы­ва­ет ре­ко­мен­да­ции и объ­яс­ня­ет, за чем сле­дить бли­жай­шие дни. Я слу­шаю вни­ма­тель­но, за­даю во­про­сы, фо­то­гра­фи­рую на­зна­че­ния, а Ва­ря но­сит­ся во­круг нас со­вер­шен­но счаст­ли­вая и каж­дые па­ру ми­нут уточ­ня­ет, точ­но ли тан­це­вать мож­но.

Че­рез де­сять ми­нут про­во­жаю вра­ча.

За­кры­ваю дверь и несколь­ко се­кунд стою в при­хо­жей, при­сло­нив­шись к ней спи­ной.