Книга Неудобная для двоих, страница 12 – Анна Жар

— Лея… — Эмилио шагнул ко мне.

Я посмотрела на него — и он остановился. На пальцах всё ещё темнели разводы от тонировочной жидкости. Совсем недавно эти руки лежали на моём бедре. Он целовал меня в полумраке машины, когда я спросила: Ты её знаешь? Нет. Не думаю.

— Ты знал?

Эмилио опустил голову.

— Да.

— Давно?

— С самого начала.

— Нашего?

Он кивнул. Вот и всё. Риандре был женат. Эмилио знал. Я — нет.

— Почему? — спросила я уже у Риандре.

— Наш брак закончился за три года до встречи с тобой. Я не считал, что он имеет отношение к нашей жизни.

— Поэтому решил не рассказывать?

— Да.

Никаких оправданий. Наверное, за это я его и любила — за способность смотреть в лицо последствиям собственных решений. Только сейчас эта честность причиняла почти физическую боль.

— К Эмилио это имело отношение?

— Он был рядом в конце нашего брака.

— И знает, почему вы развелись?

— Да.

Я ждала. Риандре понял.

— Соланж использовала доступ к моим счетам и деловым контактам в интересах своей семьи. Когда я это обнаружил, подал на развод.

Я посмотрела на женщину у окна. Она не отвела глаз.

— Это правда?

На её лице появилось лёгкое удивление.

— В основном.

— Соланж, — предупредил Риандре.

— Что? Она спросила меня.

— Что значит «в основном»?

Соланж пожала плечом.

— То, что у каждого развода две версии.

— А документы? — спросила я.

— У документов версия обычно одна, — холодно сказал Риандре.

— Особенно если их готовят твои адвокаты.

— Не начинай.

Они обменялись короткими взглядами. Почти привычными. И вдруг я увидела между ними то, чего раньше не замечала: не близость — знание. Они знали, куда ударить друг друга. Где остановиться. Какая фраза заставит второго замолчать. Два года общей жизни не исчезли только потому, что Риандре решил закрыть папку. Мне стало не по себе.

— Ты её любил?

В комнате стало тихо. Даже Соланж перестала улыбаться.

— Нет, — ответил Риандре.

— Тогда зачем женился?

— Считал это правильным. Наши семьи были близки, мы принадлежали к одному кругу, хотели примерно одного. В двадцать шесть мне казалось, что этого достаточно.

— А сейчас?

Он посмотрел прямо на меня.

— Сейчас я знаю, что нет.

Сердце предательски сжалось. Я поняла, что он хотел сказать. И всё же легче не стало. Соланж отвернулась к окну.

— Мы оба тогда слишком хорошо знали, какой должна быть наша жизнь.

— Не говори за меня.

— Вот видишь, — усмехнулась она. — Совсем не изменился.

— Зачем ты приехала? — спросила я, пока они снова не начали говорить на своём старом, понятном только им языке. Соланж кивнула на белый конверт.

— Из-за документов. В старых бумагах осталось приложение к одному из соглашений. Оно касается сделки с Дельгадо и условий нашего развода.

— И полумиллиона? — спросил Эмилио.

— Возможной компенсации.

Риандре протянул руку.

— Дай.

Она положила бумаги перед ним. Несколько секунд он читал.

— Копия?

— Оригинал у юриста.

— Если претензия обоснована, получишь деньги. Если нет — встретимся в суде.

— Как романтично.

— Наш роман закончился пять лет назад.

Соланж усмехнулась.

— Два года брака, сведённые к юридической формулировке. Очень по-твоему.

— Достаточно.

Одно слово — и комната затихла. Я тоже. И только спустя секунду заметила это. Риандре сказал «достаточно» — и все подчинились. Так было всегда. Он занимал пространство, принимал решения, устанавливал границы. Эмилио смягчал их. А я… Что делала я? Соланж посмотрела на меня слишком внимательно.