Книга Касание ветра, страница 88 – Анна Джейн

Дэн же, которого я, кажется, стала воспринимать как второго братика, на первое место поставил не меня, а какое-то там обнаглевшее и неопределившееся с полом существо, обожающее курить, оставив меня в пролете!

Естественно, стало досадно, к тому же я очень легко обижаюсь, особенно на тех, кого считаю своими близкими.

Стоп, неужели теперь Смерчинский для меня – близкий человек?

«Жесть! Просто невероятно!» – поведали мне мои собственные мысли, которые иногда, казалось, жили отдельной жизнью от мозга.

Ха-ха, так мы ведь знакомы всего ничего. Вот Никиту я знаю три года – и все это время чувства к нему только крепнут и крепнут – день ото дня, кажется, не давая возможности проявить симпатию к другим молодым людям, – оттягивают все одеяло на себя.

— Марья, – осторожно произнес мое имя парень, наконец, забыв про «Бурундука», «Чипа» и «партнера».

— Да отстань ты от меня. – Я смутилась – не из-за его взгляда, а из-за собственных мыслей относительно того, что успела привязаться к Смерчу за такое короткое время, и того, что ревную его. – Все в порядке, отстань. Не обращай внимания на мое поведение. Иногда я бываю ребенком.

Да, прав Федор, прав, называя меня дитем. Кажется, иногда я веду себя именно так.

Но, кажется, брюнет неправильно понял мое поведение.

Он вдруг остановился, поглядел мне прямо в глаза, а потом сделал то, чего я меньше всего от него ожидала в этой ситуации, – обнял, легонько прижав к себе, и погладил по волосам.

— Ну, прости меня, маленькая моя. Прости. Я сделал все не так. Простишь? Хорошо? – теплый голос, полный раскаяния ворвался в мое сердце подобно бешеному ветру, и оно, пытаясь сопротивляться ему, стало стучать быстрее и быстрее.

— Я был не прав. Я никому больше не разрешу курить рядом с тобой, обещаю. Ты слышишь меня?

— Слышу, не глухая еще. Слышу, – отозвалась я непривычным для себя тихим голосом и положила голову ему на грудь – зачем, я сама не поняла. Мне просто хотелось сделать это.

Орел рванул вверх, куда-то туда, где, кажется, виднелся солнечный просвет между тучами.

В этот момент мне нужно было навострить уши и протереть глазки, а не наслаждаться извинениями и теплом наглых рук, тогда бы, может быть, я услышала, что проходящая недалеко от нас парочка, которая в пятницу посещала «Фарфоровую лилию», изумленно оглянулась на нас:

— Зайка, а это не Дэн? – проговорила девушка, перестав есть клубничное мороженое.

— Кажется, он, – вгляделся в знакомый силуэт парень. – И девочка с ним та же.

— Ого, он раньше никого не приводил на мост Влюбленных, – еще сильнее озадачился молодой человек, а услышав, как Дэн повторяет слово «прости», он и вовсе поразился. Дениса он знал достаточно хорошо и долго и мог поклясться чем угодно, что тот просто так не стал бы приходить на место встреч влюбленных с обычной девушкой, да еще и просить у нее прощения непонятно за что, нежно гладя по волосам.

— Слушай, может, у них серьезно? – округлились глаза у девушки. – Неужели он с этой девочкой… вместе?

— Кажется, так, – кивнул молодой человек, задумчиво потирая губы. – И в кафе они были вместе, и здесь. По-моему, это уже не совпадение. Может, действительно решил забыть свою…

— Слушай, – перебила его девушка поспешно, – пошли отсюда, пока он нас не заметил! Смутится же.