Книга Касание ветра, страница 73 – Анна Джейн

— Где ты была? – поинтересовался как бы между прочим Федор. Он возвышался надо мной, присевшей на корточки, чтобы развязать шнурки, всеми своими ста восьмьюдесятью девятью сантиметрами. Здоровый он, накачанный – самый настоящий бугай, короче.

— На улице я была, – никак не могла развязать особенно тугой узел на правой ноге. – Чего-то тебя раньше не интересовали подобные вопросы.

— Ну и что, – не смутился он. – Зато сейчас интересуют. А кто это тебя подвез на байке?

— А ты откуда знаешь? – снизу вверх поглядела я на брата. – Твои медитации тебе помогли, и у тебя открылся третий глаз?

Время от времени, увлекшись какими-нибудь восточными единоборствами, Федька начинал духовно самосовершенствоваться. Потом, правда, все это дело бросал и утверждал, что бокс и самбо – лучшее, что дано западному человеку. Через какое-то время он забывал свои слова и вновь увлекался каким-нибудь боевым тайцзицюанем. Потом опять разочаровывался, и так далее.

— Ага, я медиумом стал. Мой личный дух-хранитель сообщил мне эту инфу, – ухмыльнулся Федя, прислонившись к стене. – Ну, так кто это?

— Это мой друг, – медленно и гордо ответила я, зная братцеву слабость к мотоциклам.

— Друг, значит? – его глаза, такие же светло-карие, как и у всех членов нашей семьи, кроме папы (у него ярко-зеленые, мне на зависть – я о таких только мечтать могу!), буравили меня очень подозрительно, а вот рот растянулся в улыбке. Говорят, мы с Федькой очень похожи лицом, и особенно эта похожесть сильно проявлялась в детстве. А еще и у него, и у меня была одна маленькая особенность – нашим общим зеркалом души были не глаза, а губы и мимика, связанная с ними.

— Ну, так откуда узнал-то?

— На балконе стоял, увидел, – невозмутимо отвечал Федька.

Все окна нашей квартиры, кроме родительской спальни, выходили во двор.

— Маша, у тебя молодой человек появился? – в коридоре прямиком из кухни появилась мама в любимом фартуке, расшитом яркими желтыми подсолнухами. Она, наверное, недавно пришла с работы и готовила ужин – из кухни вкусно пахло жареными котлетами.

— Фу, сплетница, – презрительно сказала я брату. – Мам, это не молодой человек, это просто с университета парень меня до дома довез.

— На мотоцикле? На мотоцикле ездить очень опасно, – тут же услышала я. – Мария, в следующий раз ты не должна соглашаться. Ты же знаешь, я против этого вида транспорта! – Далее последовала целая лекция о вреде байков, а также точные статистические данные о тех, кто и как пострадал во время езды на мотиках.

Федька, маменькин сыночек, ей поддакивал с умным видом и изредка, когда я показывала ему кулак, совершенно по-детски корчил рожи, зажимая нос пальцами. Видели бы его сейчас друзья и коллеги по работе!

— Значит, просто приятель? – еще раз уточнила мама, переворачивая шкворчащие котлеты. Одновременно с ними запыхтел закипающий чайник на плите (недавно Федька каким-то особенным образом сломал электрический – причем сломал буквально на две части, а новый никто не удосужился купить). Тут же зажурчала вода из крана и тихонько, тоненько загремели, ударяясь друг о друга, ложки. Федор, молчаливо сидевший за столом в ожидании ужина, разворачивал шоколадную конфету, и теперь слышался еще и звук шуршания обертки. Ко всему прочему в кухню прибежал котэ Ириска и лямзил свой сухой и крайней любимый корм, расщелкивая тот зубами. Эти простые звуки домашней кухни всегда мне очень нравились: от них становилось тепло и уютно. Особенно тогда, когда за окном шел дождь или падал снег.