Книга Касание ветра, страница 107 – Анна Джейн

И когда мы все-таки начали подходить к лжеклубу, то были нагло оттеснены от его манящих дверей здоровенными мужиками в масках, черной форме и с автоматами в руках, которые, как очень дисциплинированный горох из банки, посыпались из микроавтобуса. Бойцы ОМОНа решили накрыть «точку» именно в тот момент, когда туда захотели пойти я и Смерч! И как же хорошо, что меня не оказалось внутри в момент «штурма».

Пока работали омоновцы и полицейские и собиралась толпа любопытствующих, к месту происшествия подъехали журналисты сразу трех местных телеканалов. Операторы принялись снимать происшедшее, журналисты атаковали вопросами представителей правопорядка. Один из журналистов, респектабельный мужчина, которого я часто видела в новостях, стоял со своим оператором недалеко от меня и Дэна.

Он, сосредоточенно глядя в камеру, говорил:

— Сегодня сотрудники Управления по борьбе с экономическими преступлениями выявили три незаконных подпольных игровых заведения прямо в центре нашего города. Игорные залы маскировались под интернет-кафе. Охрана пыталась оказать сопротивление, из-за чего бойцам ОМОНа пришлось применить силу. В результате было задержано около десятка работников противозаконных заведений и около двадцати пяти игроков.

В залах изъято довольно большое количество денег в разной валюте – точное количество сотрудникам УБЭП еще предстоит выяснить, игровые фишки и столы, а также рулетки и автоматы.

По версии предварительного следствия, все незаконные игровые залы принадлежат преступной группировке Северных… м-м-м… э-э-э… Блин! – неожиданно прервался корреспондент. – Южные же!

— Ты чего? – спросил его толстый меланхоличный оператор, отрываясь от камеры. – Дальше пишем?

— Ничего! Ни-че-го! Развелось этих банд в городе, как собак недушенных. Мы что, плавно скатываемся в девяностые? Северные, Южные… Скоро уже сторон света не останется для названия их ОПГ!

— Южных еще Пристанскими называют, – задумчиво отозвался оператор, – они же с района Южной Пристани, – назвал он один из крупнейших районов города, выстроенный буквально за несколько лет едва ли не с нуля. Задумывался район как новое прибежище элиты, но в последнее время преступность в нем побила едва ли не все рекорды. Честное слово, там гопников больше, чем у нас!

— Да по фигу мне, как они там себя называют. И вообще – трое незаконных? Или три незаконных? Или незаконных в количестве трех? Хренотень какая-то! Мать вашу, идиотская запись! – неожиданно визгливо разорался обычно спокойный и деловитый в телевизоре журналист. – Сколько можно это записывать? Достало! Как все достало! Давай заново! И быстрее, мне надо успеть взять интервью у ментов. Значит, так… Сегодня сотрудники Управления по борьбе с экономическими…

Я потрясла головой, в которой кто-то настойчиво звенел, – наверное, мысли-головастики пугались.

— Я в шоке. Что это было? Как так? – стояла я, ничего не понимая. То глядела на журналиста, то на полицейских, то на спокойного, как мамонт, Дениса. – Где твое везение, Смерчинский?

— На месте. Вот видишь, Провидение сделало все, чтобы мы не зашли туда и не попали под раздачу, – даже обрадовался Смерч, глядя на то, как все те же бойцы вытаскивают из недр сталинского дома как хозяев, так и гостей. А их было очень много, похоже, подпольное заведение было забито ими под завязку.