Книга Запрети любить, страница 160 – Анна Джейн

— Вам звонит некто Серый.

— Это Серж. Перезвоню потом, — отмахнулась я. — Идите и проверяйте.

Дождавшись отмашки Кости, Антон ушел. Вернулся довольно быстро и, глядя на начальника, покачал головой, давая понять, что все чисто. Я забрала телефон, полоснула Игната злым взглядом. Мама встала, хотела подойти к Игнату, сказать ему что-то, но ей стало нехорошо — она покачнулась, и Костя поймал ее, чтобы мама не упала. Кажется, у нее понизилось давление, и отчим повел ее наверх, в спальню, осторожно придерживая за талию.

— Вернусь, и поговорим, — сказала он Игнату, не поворачивая к нему голову. И хотя его тон был почти спокойным, я поняла, что разговор будет не просто серьезным, а жестким. Но тот, кажется, не испугался — вел себя Игнат демонстративно смело, как человек, уверенный в своей правоте.

Воскресное солнечное утро превратилось в унылый серый день. И хотя солнце светило ярко, падая из окон на стены, на душе было темно. Игнат сам стал для меня предателем.

Я встала и тоже направилась на второй этаж. Хотелось добраться до спальни и ополоснуть холодной водой лицо, потому что изнутри меня будто выжгло — так сильно все горело.

Игнат нагнал меня у лестницы, схватил за локоть и развернул.

— Яра, — как-то беспомощно сказал он.

— Не трогай меня, — попросила я.

Но Игнат не убирал руку, поэтому мне пришлось сделать это самой. Я стряхнула его ладонь, и он стиснул зубы.

— Ты настолько сильно ненавидишь мою мать, что готов обвинять ее во всем? — прошептала я. Видя его лицо так близко, еще больше захотелось реветь, но я держалась.

В янтарных глазах Игната вспыхнуло пламя.

— Настолько, — ответил он. — Но, послушай, я…

Мне не хотелось слушать этого человека. И я толкнула его в плечо, стараясь не заплакать при нем.

— За что? — прошептала я, сжимая его футболку на плече. — За что ты так с нами, Игнат?

— Думаешь, я сделал это специально? — спросил он с внезапной яростью, заострившей черты его лица. — Думаешь, твоя мать такая святая? Настоящий ангел?

— Нет, не думаю. Но думаю, что ты — сущий дьявол, — ответила я, и перед глазами возникла кровь.

— За что? — повторил за мной Игнат. — А ты со мной так за что? Я не врал! Твоя мать предала моего отца. Предала.

Я закрыла ему рот ладонью.

— Не надо, — попросила я сквозь подступающие слезы. Мне было страшно, очень страшно. — Перестань. Ты же не такой, не такой… Не порти все. Пожалуйста, Игнат.

Он коснулся моей руки, заставив меня задержать дыхание, убрал ее от своего лица.

— Считаешь меня тварью, да? Как и отец. Окей. Думайте, что хотите. Считайте меня, кем угодно. Хоть дьяволом. И забудь о том, что было между нами вчера, поняла? И слова мои все забудь. Ничего не было. Ничего!

— Это ты забудь, — ответила я, вдруг почувствовав острый стыд за то, что позволила ему сделать вчера. За свои ощущения. За мысли. За желания. Проклятье!

— А я и не вспоминал, — осклабился Игнат. — Лучше скажи, зачем тебе звонил Серж?

— Какая тебе разница?

Откуда мне было знать, зачем он звонил?

— Вы общаетесь? — спросил Игнат.

— Спроси лучше у него. Он ведь твой друг, а не мой, — ответила я, ненавидя себя за то, что смотрю на его губы. Да что со мной не так?! Почему я думаю о нем даже в такой ужасный момент? Ну почему, почему?.. Как это остановить? Как вылечиться от этого? Есть ли вообще лекарство от безумия?