Книга Разреши любить, страница 67 – Анна Джейн

В итоге я все-таки купила это чертово платье, а еще черные туфли к нему и клатч на цепочке. Честно говоря, мне было плевать на то, как я буду выглядеть. Я просто хотела поскорее вернуться обратно с юбилея. Чтобы не встречаться с прошлым лицом к лицу.

Мы улетели на юбилей за день до празднования. Снова на частном самолете - полет занял совсем немного. Нас встретили две машины - в одной, слава богу, ехал Вальзер с охраной и Рустиком, который лично нас встретил, во второй - я и Мэри. Мачеха откинулась на сидении и дремала, а я с тоской рассматривала центральные улицы, по которым мы проезжали. Все они были до боли знакомыми...

Я столько раз гуляла по парку, верхушки деревьев которого виднеются вдалеке, за площадью. Столько раз выходила из метро рядом с известным во всем мире фастфудом. Столько раз была в уютной кофейне на углу Мира и Сахарова... Только той кофейни больше нет - вместо нее появился модный бар. И книжный магазин, в котором я частенько бывала, тоже исчез - вместо него теперь супермаркет. Вместо старых деревянных домов на Воскресенской появились элитные высотки. Магазинчики на остановках пропали, да и рекламных баннеров стало гораздо меньше. Город преобразился, стал более чистым, ухоженным и чужим. И я стала ему чужой.

— Чего ты так к окну прилипла? - спросила Мэри, открыв один глаз.

— Да просто, смотрю, - тихо ответила я.

-Мне этот город не нравится. И наш тоже. Я вообще хочу жить за границей. Или хотя бы в Москве, - капризно сказала Мэри. - Что тут хорошего-то?

— Природа, - внезапно сказала я, провожая глазами очередную знакомую улицу. - Тут очень красивая природа. И набережная. И люди хорошие.

— Че-го? - по слогам переспросила Мэри. - Какие люди? Такое же быдло, как везде. Вот за границей принято улыбаться, а у нас все ходят с мрачными хлебалами, - снова заладила она. - Вот бы мы переехали...

— Помолчи, - сказала я резко. Впрочем, мачеха не обиделась. Ее вообще сложно было чем-то обидеть.

— Папина дочка, - хмыкнула она.

— В смысле? - не поняла я.

— Ну, вы похожи. Он тоже так все время говорит: «Помолчи».

Мне стало смешно. Знала бы Мэри...

Вскоре мы добрались до отеля, и меня пробрала внутренняя дрожь. Боже, это был тот самый отель, в котором ночевали мы с Оксаной и мамой перед ее свадьбой! Тот самый...

Заходить внутрь не хотелось, но пришлось сделать это. Нас радостно встретили на ресепшн в холле и едва ли не облизали с головы до ног. Мы немного посидели в лобби, в котором играла уютная музыка словно из старых голливудских фильмов, попили кофе, который из-за волнения казался мне безвкусным, и, наконец, нас любезно проводили в номера на последнем этаже. Вальзера с нами не было - он уехал вместе со старым другом в какой-то ресторан, видимо, там они хотели вспомнить старые времена. Интересно, они раскаиваются? Ведь в свое время натворили много всего. Такие странные вопросы часто всплывали в моей голове. Но ответов у меня не было.

Мой номер был огромным, состоял из двух комнат и каждый предмет его интерьера кричал о роскоши. Современный эргономичный дизайн, дорогая мебель, много света и воздуха и... мало уюта и жизни. Как будто не номер для человека, а комнаты для пластиковой куклы Барби в ее прекрасном домике. Как же я скучала по нашей с мамой квартире! И по особняку, где мы жили с Костей и Игнатом. В доме Вальзера все было не так. Везде все было не так.