Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 71 – Анна Джейн

— Посидишь дома, — резко ответил он на ее возмущение. — Здесь охрана, так будет надежнее.

— Почему тогда Влада едет? Это ведь ее хотели похитить, — попыталась спорить Мэри.

— Так надо, — холодно ответил Вальзер, и его взгляд заставил Мэри замолчать. Посмотрев на меня с ненавистью, она молча удалилась из гостиной, в которой мы сидели вечером.

У меня перехватило дыхание. Что будет, если я снова увижу Игната? Нет, нам нельзя больше встречаться — я этого не выдержу. Но возразить Вальзеру не могла.

После ужина мне пришлось позвонить Далевскому и сообщить, что вместе с Вальзером я поеду в свой город.

— Зачем он берет тебя с собой? — прозвучал его кислый голос.

— Я должна подписать документы.

— Какие? — допрос начался мгновенно. Далевский хотел контролировать ситуацию.

— Не знаю.

Он хмыкнул, не скрывая недоверия, и жестко добавил:

— Сообщишь, как узнаешь. А лучше сделай фотку. Хочу быть в курсе всего, что задумал твой папаша. — За спиной Вальзера он позволял себе грубый, даже пренебрежительный тон, а при нем пресмыкался и угождал, становясь еще противнее. — Как себя вести, знаешь. Без глупостей. Тебе прекрасно известно, кто будет отвечать за это.

Он вновь мерзко хмыкнул. Как же я устала от бесконечных угроз — и за прошедшие годы еще больше его возненавидела. Но сейчас лишь сжала зубы, чтобы не послать к черту. Промолчала ради мамы, чтобы ей не пришлось терпеть худшего.

— Я хочу увидеть маму, — решительно сказала я. — Ты обещал.

Стас замолчал, слышалось только хриплое дыхание. Как же мне хотелось схватить его за горло и задушить. Он явно думал, как отказать.

— Твоя мать заболела, — бросил он наконец.

— Что? Чем? — мой голос сорвался от волнения.

— Ничего серьезного.

— Я должна быть с ней! Должна увидеть ее! — почти закричала я дрожащим голосом.

— Не ори, дура! — рявкнул он в ответ. — Ладно, увидишь, чтобы успокоилась. Я же сказал, с ней все в порядке. У нее был доктор, назначил пару процедур и обследование. Мать твоя слишком много мне должна — будет жить, пока не рассчитается. — Он снова отвратительно захрюкал от смеха. — Марку скажу, чтобы привез тебя.

Я чуть было не поблагодарила его, но вовремя остановила себя. Как можно говорить спасибо человеку, разрушившему нашу жизнь. Разговор с ним всегда вызывал отвращение — к нему, к себе, к необходимости терпеть и молчать. Но сейчас я как никогда понимала, что должна действовать, что необходимо что-то предпринять.

Я с волнением ожидала поездки в свой город. Вальзер ничего не говорил о том, какие документы мне предстоит подписать, да и, честно говоря, меня мало интересовало. Я думала только о встрече с мамой, которую не видела уже больше года. Слова Далевского не выходили у меня из головы. Что, если она действительно серьезно больна, а я, как всегда, ничем не могу ей помочь? Этот человек лишил нас нормальной жизни, и боюсь, что он заберет у меня последнее — маму. Без нее и Игната я останусь в этом мире совсем одна.

Мы вылетели в начале недели на частном самолете. Вальзер усилил охрану, и я обратила внимание, как тщательно проверяли пилотов и стюардесс. Он был хмур и за весь полет обронил от силы пару фраз. Марк летел с нами. Я пыталась выяснить у него детали поездки, но он ничего не знал, лишь покачал головой. Он нужен был, чтобы перевести крупную сумму по итогам сделки, но для кого и за что — оставалось тайной.