Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 34 – Анна Джейн

Ужин был организован на высшем уровне. Вальзер явно хотел создать атмосферу роскоши и изысканности для гостей. На столе были различные закуски, икра, дорогие вина. За все годы, проведенные с ним, я не видела, чтобы он старался произвести на кого-то впечатление или пытался кому-то понравиться. Напротив, с гостями, что появлялись в доме, Вальзер всегда был сдержан и даже суров, оставаясь собой. Но на этот раз он, казалось, держался иначе, пытаясь расположить к себе Игната, и производил впечатление радушного хозяина. К Игнату он был настроен дружественно, впустил его в свой круг. И это меня настораживало.

Вальзер всегда был немногословен, но сейчас не скупился на слова благодарности. Он поднялся во главе стола, и все взгляды обратились к нему. Мы с Мэри сидели слева, Игнат и Алекса — справа.

— Игнат, я не ожидал, что ты рискнешь собой ради спасения моей дочери. Не каждый решится с голыми руками броситься на человека с ножом. Но ты это сделал, и никаких других доказательств не нужно, чтобы понять: ты надежный и крепкий человек. Свой, — подчеркнул Вальзер, намеренно делая паузу.

Он благодарил Игната, но от его сухого, шершавого голоса, в котором чувствовалась сталь, и от этой многозначительной паузы у меня по рукам побежали мурашки.

— Знай, — продолжал Вальзер, — что за спасение Влады я готов сделать для тебя многое. В любой передряге прикрою, из любой ямы вытащу. Никакой платы не пожалею, по закону или по понятиям. Она — самое ценное, что у меня есть. — Он осекся и добавил: — Что осталось.

Эти слова прозвучали странно, ведь у Вальзера было все — деньги, власть, связи. Но, кажется, все это для него ничего не значило по сравнению с жизнью дочери. Он действительно хотел быть хорошим отцом, но уже не мог, сам не зная, что давно потерял дочь.

— Проси что хочешь. — Вальзер смотрел на Игната с непоколебимой серьезностью. — Я у тебя в долгу.

Вальзер был человеком понятий и никогда не бросал слов на ветер. Выражаясь иначе, он предлагал Игнату свою крышу, защиту во всех доступных ему кругах. Это было сильным жестом. Губы Алексы тронула легкая улыбка. Очевидно, ей было приятно, что такой человек, как Вальзер, считал себя обязанным перед ее мужчиной. Воображение уже рисовало возможные выгоды, которые можно будет извлечь от этого союза. В бизнесе всегда найдутся конкуренты, которых нетрудно устранить руками такого человека. Однако, ее ничуть не волновало то, с каким риском для себя Игнат получил это расположение. Коснувшись руки Игната, она выразила ему свое молчаливое одобрение, словно подбадривая его.

Лицо Игната оставалось непроницаемым, он научился владеть эмоциями, и невозможно было определить его отношение к Вальзеру. Не обращая внимания на Алексу, Игнат перевел взгляд на меня. И в этот момент он прочитал в моих глазах ужас, немой крик: не принимай! Не соглашайся, не протягивай ему руку! В тебе самом достаточно силы, чтобы выстоять перед чем угодно. Беги, уноси ноги отсюда, пока не поздно. Я слегка покачала головой, делая вид, что поправляю волосы, чтобы никто не заметил этот немой сигнал.

— Есть кое-что, что я хотел бы обсудить наедине, — решительно произнес Игнат, глядя прямо на меня.

Его слова прозвучали как приговор. Единственным успокоением все эти годы было то, что он сможет быть счастлив, подальше от меня и от этого дома. Но теперь он лишал меня и этой надежды. Если я не могу спасти себя, то хотя бы должна попытаться спасти его.