Книга Против ветра, страница 216 – Анна Джейн

— Конечно нет! – закричала Марта. – Вы издеваетесь?!

— А я подумал, что ты выходишь замуж и не позвала меня, – грустно вымолвил ее отец. – Когда увидел тебя в лимузине, это было моей первой мыслью.

Он вдруг встал и под изумленные взгляды родственников прошел вглубь квартиры, прижимая мобильник к уху, будто позабыл, что находится не у себя дома. Эльвира посмотрела бывшему вслед, потерла уставшие глаза, но ничего не сказала.

— Ты знаешь, я так удивился, – продолжал ее отец. – И мне в голову пришли две вещи.

Он замолчал, и Марте не оставалось ничего другого, как спросить:

— Какие?

— Первая – что это пришло как-то очень быстро, а я не успел, – честно отозвался Константин Власович, выходя на балкон и запирая за собой дверь на задвижку, чтобы никто не вошел. – Не успел приготовить тебе и Юле то, что хотел.

Марта сжалась. Она вообще не ожидала такого разговора, тем более с человеком, которого одновременно ненавидела и любила.

— А что ты хотел? – спросила Марта затаив дыхание.

— Собрать – как же это называется? М-м-м, собрать приданое, – вдруг горько рассмеялся отец, и Марту это поразило – она никогда не слышала, чтобы отец так смеялся. – Я хотел, чтобы и у тебя, и у Юли были свои квартиры. Тебе мне хотелось подарить квартиру, такую же легкую и воздушную, как и ты, где-нибудь на высоком этаже, с большой лоджией и огромными окнами – такими, чтобы видеть восход.

Марта ошеломленно молчала, впившись ногтями в запястье.

— У меня специально для этого есть деньги, ты не думай, дочка.

От последнего слова Марта вздрогнула, потому что давным-давно не слышала, чтобы отец обращался к ней так. «Дочка». Надо же, она не только мамина дочь, но еще и папина. Эта совершенно простая мысль стала для скрипачки настоящим открытием.

Мамина и папина.

Марта прижала ладонь ко рту.

— Да, я могу себе позволить сделать вам обеим такие подарки. Но, ты знаешь, я этого только хотел, а ничего не делал – не искал квартиры, не думал, когда нужно будет покупать. Когда я увидел тебя в платье, я понял, что не думал, как скоро это случится. Не понял, что ты взрослой уже стала. Если бы ты действительно выходила замуж, я бы лопухнулся с подарком – это точно. Опоздал бы с ним, а вместо того, что хотел бы тебе подарить, подарил бы деньги. Ты же знаешь, я все время дарю деньги.

Константин раздраженно махнул рукой, вновь отгоняя от себя назойливый черно-белый размытый образ той несчастной девочки из морга. Наверное, только сейчас Крестов понял, как рад, что Марта в порядке.

— Костя, – постучала Эльвира Львовна по стеклу.

— Подождите пару минут! – не поворачиваясь, крикнул Константин.

Марта молчала, не отрывая руки от лица. Всего один день – и столько эмоций. И сколько потом еще будет мыслей и размышлений, и слез, наверное.

— А, еще вторая мысль. Я не сказал тебе о своей второй мысли, Марта, – вспомнил ее отец, глядя на темное ночное небо – оно игриво поблескивало далекими холодными звездами.

— Какая… вторая? – едва слышно спросила Марта.

Она тоже видела небо – и точно такое же. Правда, звезд отсюда было видно больше.

— Я подумал, что если ты не пригласила меня к себе на свадьбу, то я совсем, наверное, никчемный. – Константин Власович рассмеялся. – Мне никогда не хватало смелости спросить тебя о том, как ты ко мне относишься.