Онлайн книга «Двойня для решалы»
|
Я бы позволила ему куда больше, чем целомудренный поцелуй в щёку... Глава 19 Смотрю на пухлый конверт, который мне передал курьер. Результаты анализа ДНК. Я специально не стал делать экспресс вариант. Мне нужны были эти несчастные три дня просто чтобы немного остыть, прийти в себя. Пролетели они незаметно. Старался загружать себя работой чтобы не думать. Не думать о котёне. И все равно. Что-то постоянно напоминало о ней. Чашка кофе – сразу вспоминаю, как она любила сварить мне чашечку утром, когда мы уже стали… ну, в общем не жить вместе, но… Булочная по дороге в офис – Сашка любила круассаны с миндалем и ванильным кремом. Каждый раз говорила, что ей нельзя, она и так поправилась, а я задирал брови, притягивая ее к себе и проверяя – в каком месте, потом покупал ей заветный ароматный рожок и наблюдал как она его ест, закатывая глаза от удовольствия. А потом слизывал с ее губ этот ванильный крем с лепестками миндаля, и… Цветочная лавка в нашем коттеджном поселке – нахмурившаяся котёна, которая просит меня не привозить огромные букеты, а потом радуется крохотному цветку в горшке, название которого я так и не запомнил. Даже моя подушка, которую я перед сном подминаю под себя… * * * — У тебя же шея будет болеть, так спать нельзя? — А так можно! – бросаю подушку и подминаю под себя одну аппетитную девчонку, которая тут же краснеет и хлопает ресницами. — Подожди, мы же только… — А ты думала это и всё? Нет, малыш, я дорвался до сладкого. Теперь будешь расплачиваться за все те недели, что ты меня «динамила». — Я не «динамила», я… — Я знаю… * * * Мне кажется, я так отчетливо помню наш первый раз, но… Никогда не думал, что воспоминания будут приносить такую боль. Лучше не вспоминать, чтобы не сорваться. Открываю конверт. Чёрт. Я ведь знал! И все равно так больно! Лезвием по сердцу, в хлам. Сам не знаю как, но накатывает такое отчаяние… Встаю, подхожу к окну, задираю голову. Я ж не плакал никогда! В жизни ни разу, только пацаном сопливым, а тут… Не плакать хочется. Выть! И снова воспоминания, словно кто-то консервным ножом грудную клетку открывает. * * * — Никит, а ты… ты детей хочешь? — Сань, я предохраняюсь, потому что тебе рано. — Почему рано? — Глупышка, тебе восемнадцать всего, блин, какие дети? — Твои. Представляешь, если двое сразу? Два мальчика. На тебя похожих, таких же сильных и упертых. — Я разве упертый? — Ага! Уперся в меня, и не отпускал. — Так то в тебя. Потому что… — Почему? – смотрит, глазками хлопает, колокольчик, такая вся, после ночи любви разомлевшая, такую хочется брать еще, любить, занежить до обморока… — А ты не знаешь? Головой качает, хочет услышать. А мне не жалко, и легко сказать. — Потому что люблю тебя, котён. – смущается, щечки розовеют, губы облизывает. — И я… — Что, котён. — Тоже. — Что тоже? – усмехаюсь, она всегда так, сразу не скажет. — Люблю. — Неужели? – иронично поднимаю бровь, а она уже знает, чем ответить. — Люблю тебя, Лавр. Ясно? И детей хочу. И мне не рано. Понял? Если что… если вдруг… — Котён, не надо нам таких «вдруг». — Я рожать буду, понял? И мне не важно «за» ты, или… — Санька, давай серьезно, а? Тебе учиться надо, ты малышка совсем, а я. — А ты? — У меня дела серьезные всякие, сейчас вот… ну, есть напряги некоторые. |