Онлайн книга «Куплю свое счастье»
|
— А вы что будете делать? — А мы, Роман Игоревич, - наглеет Стрелец, - продолжим принимать ванну в интимной обстановке. Роман смотрит на Павла, который продолжает держать в воде Алёнку, понимает, что руки у того заняты и… Чёрт! Хватает меня в охапку – больно же! Я пищу, когда он задевает мой бок. Хватает и целует! Нагло и напоказ! Я бы влепила еще пощечину, но… у меня бок болит и руку поднимать мне больно и неудобно. И вообще, быстрые телодвижения сейчас – не для меня. — Купайся, Стрелец. Смотри только, не утони! Роман выходит. Мы остаемся. Я краснею. Да уж. Ситуация. — Зря вы ему позволяете себя целовать, Ася. — Я не позволяю. Он сам. — Ну, ну… у него вообще-то девушка есть. Илона. Вот же зараза ты, Павел! Подставил начальника! А ведь кажется, дружили? Или в любви и на войне все средства хороши? — Я в курсе. Про девушку. И иллюзий не питаю. Но не бить же мне его? — А если я поцелую, тоже бить не будешь? — Ты ребенка купаешь… - говорю, а сама понимаю, что Павла это не остановит! Он поднимает Алёнку из воды, заворачивая в полотенце, которое я приготовила. Держит ее одной рукой, а второй осторожно берет меня за талию, и притягивает для поцелуя. И…целует. Очень осторожно. Я…я просто не успеваю увернуться сначала, а потом все-таки отворачиваю голову и, конечно же, как по закону подлости в двери снова стоит он. Вишневский. И смотрит как мы целуемся с Павлом. Вот это называется – попала ты Ася! Глава 33 Мне жутко неловко, что Роман нас застукал. А вот… Стрелец кажется очень даже рад. Блин, ему бы пощечину не мешало влепить, точно! Но я не могу. Это как с ужином. Или обоих надо было выгонять, или обоих оставить. С поцелуями так же. Или каждому по затрещине, или… Да еще и костыль, на который опирается рука, мешает. Роман даже не думает уходить. Наблюдает. А я краснею. И не от того, что в ванной комнате жарко! Хорошо, Алёнушка начинает попискивать, требуя уже нести ее в кровать. И тут Вишневский включает режим активности. — Давайте мне ребенка, я ее отнесу. А вы тут продолжайте. Что? Он это серьезно? Главное, что Павел ничтоже сумняшеся передает Роману мою малышку! — И дверь закройте, Роман Игоревич. Я вам не мешал! – наглеет Стрелец. А Вишневский закрывает. Со всей дури! До треска в потолочных панелях, из которых сыпется какая-то пыль. Я с ужасом жду плача Алёнки, которая боится громких звуков как все дети. Но она не плачет, а внезапно хохочет! Павел снова притягивает меня, но тут уж я резко отстраняюсь. — Хватит! Я не давала вам разрешения меня целовать! — А Роману давали? — Нет. Ему тоже не давала! Но он не закрывается со мной в ванной вот так, демонстративно! — Зато рассказывает, как с тобой целовался! — Что? Интересно, когда это он… рассказывал? И, главное, кому? — Хвастался мне… Вот же… — И что? Мой вопрос вызывает у Павла недоумение. — Что, «что»? — Он похвастался, а вы что? — Я… Я ему хотел морду начистить. — Хотел или начистил? – неожиданно для себя становлюсь в позу. Не знаю, кто из этих наглецов сейчас бесит больше! Павел молчит. Недовольно пыхтит. — Знаете, Павел, есть такая поговорка, французская. Vouloir c'est pouvoir Хотеть значит мочь. — А вы и французский знаете? — Чуть-чуть. — Ясно. Шерше ля фам, да? — Ищите женщину? – улыбаюсь, эту поговорку у нас почти каждый не француз выучил, только начало мало кто знает, – А вы в курсе, как это выражение звучит полностью? |