Книга Куплю свое счастье, страница 60 – Элен Блио

Молчит. Вздыхает тяжело.

— Он… он игрок. Я так понимаю, что играть он начал давно. Ему периодически не везет и…

— А что, если игроки, которым везет?

Качает головой, опускает дрожащие ресницы. Она заплаканная, но при этом какая-то невозможно милая, несмотря на распухший нос и покрасневшие глаза.

Почему-то в этот момент хочется ее утешить. Обнять, прижать, пообещать, что все будет хорошо.

Совсем нерациональное желание. Чёрт.

Но аромат ванильных пряников накрывает.

— Я не думала, что он на такое способен. Правда. Я даже не представляла! Я ведь сама его в квартиру пустила!

Всхлипывает.

Неожиданно для себя накрываю ее ладонь своей рукой, переплетая пальцы. Говорю. Понимая, что у меня что-то с голосом.

— Ася, не переживайте, все будет хорошо. Вернем вашу Алёшку.

— Вернете, чтобы отнять?

Смотрит мне прямо в глаза, с таким… диким страхом!

А меня кроет неожиданно, просто уносит куда-то, туда, где ванильное печенье в молоке. Представляю, как прижимаю ее к себе, беру в плен ее пухлые влажные губы. И делаю так, чтобы она больше не плакала.

— Ася, я…

Стрелец звонит. Вовремя, блин! Как чувствует!

— Слушаю. Да. Отлично. Мы скоро будем. Задержите-ка этого… крокодила Гену до нашего приезда.

У меня все холодеет внутри. Вот. Сейчас. Осталось совсем немного времени.

Мы приедем, Роман встретится с Геной и…

И все узнает. И что сделает?

Рисую самые жуткие перспективы. Он обвиняет меня во лжи, в том, что притворилась бывшей любовницей его брата, обманула его. Потом начинает интересоваться, где настоящая мать. Узнает, что Стася за границей. И, по сути, у него есть мотив чтобы отобрать у меня Аленушку на вполне законных основаниях! Обвинив ее мать в том, что она бросила ребенка!

Ну, конечно, я могу оправдаться – не бросила, а оставила с родной бабушкой! Вот только тут опять нестыковка. Я не родная.

Господи, как все сложно-то!

И почему я трясусь как заяц трусливый? Почему я вообще всего бояться стала?

Понимаю, что, когда жив был Лев я другая была. Львица – он меня так называл. Я за своих девочек билась насмерть!

Когда Маруську раз собрались в больницу положить и заявили, что я с ней лечь не могу. Я такой скандал закатила! Я у главврача перед кабинетом стояла, не давала ему зайти, пока он мне не написал разрешение находиться вместе с ребенком.

А когда Стасю в школе задирали? Кто ходил разбираться? Я! И к заучу, и к директрисе! Тоже… стояла на своем, заставляя и с детьми, которые ее «троллили», беседу провести, и с учителем, который необоснованно трояки ставил.

А что случилось потом? Куда делась львица?

Сама не знаю. Понимаю, что брак с Геной меня сильно подкосил. За Львом я себя чувствовала, как за каменной стеной. А с Геной… Стеной была я. А он…

Он словно все время меня подставлял под удар. Все ниже и ниже опуская мою самооценку.

— Ася, что с вами? Расслабьтесь, все хорошо. Ваша дочь уже у Павла. Муж ваш… почти бывший, сейчас будет объяснять причины своего поступка.

— Не надо.

— Что не надо?

— Не надо ничего у него выяснять. Оставьте его. Я все поняла, подаю на развод и больше его на порог не пущу.

— Это ясно, но… вообще-то у нас воровство детей уголовно наказуемо, разве нет? – смотрит на меня, прищурившись, словно сканируя.

Себе бы он это рассказал. Про воровство. Про продажу…