Книга Куплю свое счастье, страница 128 – Элен Блио

— Мам, пожалуйста… Я не могу. Не сейчас. Потом, ладно?

Она учится дистанционно, наверстывает упущенное за то время, которое была в Дубае, и за то, которое здесь. Она уже хотела улететь, но я попросила подождать до свадьбы.

Осталось совсем чуть-чуть.

Ладонь Романа каждое утро на моем животе. Он тоже боится поверить в это чудо.

Мне было так страшно признаться ему! А вдруг он… вдруг не поверит, что это его малыш? Ну, мало ли? Нет, я, конечно, понимала, что Вишневский разумный человек, и… Но этот разумный человек, вообще-то на полном серьезе хотел ребенка купить!

И страшно было ошибиться. Хотя я накупила кучу тестов.

И первый поход к доктору – тоже ужас-ужас…

Мы приезжаем в ту самую клинику, где мне не так давно здоровую ногу в лангет замотали.

Я привожу все свои справки с диагнозами, Рома, оказывается, там наблюдался раньше и наблюдается.

Доктор поздравляет нас, говоря, что в жизни всегда есть место чуду.

— У вас, Анастасия Львовна, на самом деле не так все плохо. Да, проблемы были. Но все эти проблемы решаемы. Так что… ваше чудо может оказаться не единственным. – она улыбается, а у меня внутри разливается счастье.

Рома меня за руку держит, переплетая пальцы.

— А вы, Роман Игоревич тоже зря на себе крест поставили. Да, то, что вам говорили раньше – все правильно, все справедливо. Но вам же не ставили сто процентное бесплодие, да? Все-таки процентов пять у вас в запасе было? Вот эти процентики у нас и выстрелили. Так что езжайте домой, больше отдыхайте, и получайте максимум удовольствия от вашего состояния. – она опять улыбается, а пальцы романа сжимают мою руку сильнее, - Да, да, вы меня правильно понимаете. Все можно, но аккуратно. Сдаем все анализы и через дней десять ко мне на прием.

В коридоре у ее кабинета нас встречает тот самый хирург Товий, который в прошлый раз меня осматривал.

— Я же говорил, что вы вернетесь сюда беременными? Вот! А все почему? Примета такая.

— Какая?

— Такая. Простая. Запрос во Вселенную был отправлен. Поздравляю.

Он жмет руку Вишневскому, улыбаясь обнимает меня.

— Я доктор, мне можно!

Но даже после этого мне до конца не верится!

И Роману, похоже, тоже. Поэтому его рука так часто задерживается именно там.

— Ты знаешь, какой он сейчас?

— Почему он? Может она?

— Он – ребенок, малыш… эмбрион. Я читал, что совсем крохотный пока.

— Да, пока только плодное яйцо. Какие-то миллиметры. – меня, как и многих женщин мучает вопрос, как я буду выглядеть с большим животом. А вдруг наберу лишний вес? А вдруг вообще что-то пойдет не так? Ой, нет, об этом вообще лучше не думать…

— Знаешь, мне так хочется, чтобы он поскорее подрос, чтобы можно было уже чувствовать под ладонью твой животик. Хочется чувствовать, как он толкается…

— Я потом расскажу о твоих желаниях моим ребрам и всем внутренним органам. – смеюсь, вспоминая как носила Алёшку Стася, и как та постоянно пиналась как заправский футболист.

— Я все компенсирую, милая! – он прижимает меня, впечатывая в свою грудь.

— Как? Опять предложишь свои миллионы?

— Мои миллионы и так твои.

— Ах, ах! Только миллионы? А миллиарды?

Он зарывается лицом в мои волосы, чувствую губы, пробирающиеся к мочке уха.

— Я весь твой, без остатка. Чувствуешь?

Чувствую. Очень хорошо чувствую.

Я не знаю, в какой момент меня отпускает.