Онлайн книга «Мои порочные отчимы»
|
— Тихо, не кричи, - раздаётся знакомый шёпот. Поднимаю глаза. Я стою в нескольких сантиметрах от... — Алик?! — Шшш, - парень прикладывает палец у губам. - Потише, Лана. Если нас заметят вместе, будет хреново! Я поджимаю губы и отстраняюсь. — Слушай, - глаза Алика с беспокойством оглядывают меня. - Я хотел перед тобой извиниться. — Да? - я складываю руки на груди и говорю с сарказмом: - И за что же? — Ланчик, ты сама прекрасно знаешь! - он смотрит с отчаянием. - Сэм и Дин… они поймали меня тем вечером! Понимаешь? Я уже к тебе шёл! А тут они! — Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти... - отрешённо говорю я. — Наверное нет, - Алик буравит меня взглядом, от которого становится не по себе. - Скажи, что я могу сделать, чтобы хотя бы сметь надеяться на твоё прощение? Я молчу и ничего не отвечаю. Алик предал наш договор... как мне теперь ему верить? — Они били меня, - он тоже опускает взгляд. - Я знаю, что проявил малодушие... и теперь... мы оба пленники этого дома. — Как? - вскидываю на него взгляд. - Дин же твой брат! — Только по отцу. Мы не росли вместе... я его вообще почти не знаю, - парень хмуро смотрит в сторону. - Ладно, это всё неважно. Скажи, есть ли шанс, что ты когда-нибудь сможешь доверять мне? Как я могу быть полезным? Смотрю на него осторожно... В голову приходит совершенно сумасшедшая мысль. А что если... Нет... я совсем сдурела... Он мне даже не нравится... как мужчина... Нет химии... Но с другой стороны. Тогда я смогу избежать этого ужасного аукциона! Вдруг там меня купит какой-нибудь урод-извращенец? — Алик, - говорю, а у самой щёки полыхают со стыда. - Ты и правда мог бы мне помочь кое в чём... В одном деле... Ты мог бы пробраться ко мне ночью? Или... давай лучше я приду к тебе? Сама... Дин Вот же… Маленькая невинная дразнилка! И…чего ей неймется? Нет, я, конечно, понимаю, наше обращение с Ланой – полный зашквар. Но… Она заслужила! Не хер было сбегать! И не хер быть такой… Манящей, сладкой, сжимающей яйца в тиски. На хрена я спросил, плохо ли мы с ней обращаемся? Это же… ежу понятно и бизону ясно. — А ты сам как думаешь? – широко раскрывает глазки, ротик округляет, ручонками своими машет! - Вы со мной обращаетесь не просто плохо! А ужасно! Просто невыносимо! Невыносимо! Невыносимо то, что эта малышка еще девственница! И то, что ее девственность пока самый ценный наш трофей. И товар. Блядь. Думаю, об этом и самому от себя тошно. Но иначе никак. Мрачнею. Я не должен быть с ней милым и приятным. Хотя… я уже не верю, что это милое создание могло иметь что-то общее с ее мамашей, но… Нет. Общее она как раз имеет. И это, блядь, больше всего бесит! Ее мать была дико сексуальной, текущей кошкой, которая воспламенялась от взгляда, от аромата, от намека на секс! Сразу на трусиках появлялась влага. Я не знаю, как она мать твою это делала! Но понимаю мужиков, у которых на нее стоял как памятник Петру. И понимаю тех, кто женился на этой шалаве! Потому что она играла в невинность, а ты чуял запах самки, которая течет по тебе. И это было охуенное сочетание! Лана такая же! Я же вижу, как она течет! Чувствую! Даже сейчас, когда я вывел ее на прогулку… Она в одной длинной майке! Мой майке, которая ей до колен! Она ей как платье, и открывает прекрасный вид на грудь и все остальное! |