Онлайн книга «Я не твоя»
|
Последнее время хожу в удобных кроссовках, но тут, специально достала симпатичные босоножки на небольшой танкетке. И вот сейчас я стою на асфальте в этих босоножках, ноги трясутся, еле держат. Смотрю на белый кабриолет, который врезался в столб на другой стороне, куда резко вывернул, чтобы не сбить меня. Капот в гармошку, ну, почти… Ужас! Тихий ужас! Господи, такая машина точно стоит целое состояние! И что теперь делать? Он ведь, наверняка потребует компенсацию и будет абсолютно прав! Ох, я ведь не подумала – как там водитель? Он живой вообще? Почему не выходит? Хочу сделать шаг по направлению к кабриолету и ровно в этот момент с пассажирского сидения выпрыгивает мужчина. Прямо вот так, через дверь, сверху, не открывая. Он даже не смотрит на то, что стало с его красавчиком. О, Боже! Он идет прямо на меня и… выражение лица у него такое… зверское! Боже, что он со мной сделает? Он довольно высокий, широкоплечий, явно местный, потому что смуглый, черноволосый и похож на грека. Я не могу разглядеть его лицо, потому что на глаза слезы накатывают, и… У меня ощущение, что в моем животе лопнул шарик с водой. Мамочки… Опускаю голову вниз, смотрю на ноги, на босоножки, на которые капает прозрачная, чуть розоватая жидкость. — Ты сумасшедшая? В твоем положении под машины бросаешься, а? Еще и скачешь на каблуках! Это он мне? По-русски? Поднимаю голову, смотрю на него, потом опускаю вниз. Странно, что я не чувствую боли, может это шок? Я где-то читала, что если воды отошли, то должны быть схватки, да? Ну… у меня тянет живот, но так, не сильно… С утра уже потягивало, это тренировочные, я к ним привыкла. — Что случилось? Воды отошли? Откуда он знает? — Черт, давай скорее, в машину! — Что? Зачем? Я просто в панике! Я стала причиной серьезной аварии, из-за меня дорогущая машина разбита в хлам. Водитель этой машины стоит передо мной и… — Что, зачем? Ты дурочка совсем? Воды отошли! Знаешь, что это значит? — Я ро… рожаю? — Ну, только если твой живот — это не результат частых походов в Макдак или «Оушен баскет». — Я не хожу в Макдак. — Я так и понял. Держись. Говорит и поднимает меня на руки. И несет к разбитому кабриолету. — Разве на нем можно ехать? — На ней. Это она. Моя любимая лошадка. Мне дико стыдно. Но я ничего не могу вымолвить, даже элементарных слов прощения. Я в ступоре. Решаюсь посмотреть на него, а он на меня не смотрит – оглядывается, прикидывая, можно ли переходить дорогу и аккуратно несет меня к машине. Около нее уже собралась толпа зевак, кипрские мальчишки, шумно галдят, жестикулируют, мужчины качают головами оценивая ущерб. Мужчина осторожно перекидывает меня через двери, усаживая на заднее сидение. — Лучше не пристегивайся, ложись. Тут недалеко. Недалеко? Что он имеет в виду? Мне становится страшно, и живот прорезает опоясывающая боль. Я начинаю соображать – если начались роды, значит мне надо в госпиталь! А куда собирается везти меня этот мажор? Мы с мамой уже отложили деньги на роды. Но не на дорогущую частную клинику, естественно! — Я… мне надо в госпиталь. Он попросту игнорирует мои слова, выруливает на дорогу, и быстро набирает скорость, а мне страшно, потому что… потому что снова тянущая боль. Понимаю, почему это называют схватки. Оно именно хватает! Раз и… давит, давит, тянет, крутит – потом отпускает… |