Книга Я не твоя, страница 3 – Элен Блио

Локоны цвета спелой пшеницы, мягкие, блестящие, как у Златовласки из старой детской сказки. Мама все детство ухаживала за моими волосами, втирала народные средства, покупала дорогие масла, ей так хотелось, чтобы у меня были самые длинные косы! Я не стригла их много лет, даже кончики секущиеся – у меня их не было!

И вот теперь моя гордость лежит в пыли, у ног моего любимого.

Бывшего любимого.

Голове так легко! И почему-то холодно.

Дотрагиваюсь до затылка – так непривычно, колко. Ну, что ж, проживу без золотых волос. А он...

— Забери их себе, Тамерлан. Может тебе они принесут больше счастья чем мне.

Все. Пора идти. Финита ля комедия. Спектакль затянулся.

Теперь мне страшно холодно и сосет под ложечкой. И кажется сейчас вырвет.

Стоп, это ведь еще не все! Опускаю руку в карман.

— Еще… Насчет наследника, Тамерлан. У тебя уже мог быть один. – достаю из кармана тест, на котором заветные полоски. Вижу, как он щурится, и опять до боли сжимает челюсти. – Мог быть, Тамерлан. Но не будет. Уже. Так что…Можешь не беспокоиться.

Вижу, как его глаза полыхнули яростью.

Так тебе и надо, Там!  Ты всегда повторял как важны для тебя дети. Как ты хочешь стать отцом! Что же ты на это скажешь?

— Что ты сделала? – хрипит грозно, делая шаг ко мне, но спотыкается о мой взгляд.

— Выкидыш. Перенервничала из-за… из-за твоей свадьбы. Твой брат Ильяс в курсе, можешь спросить у него. Прощай, Тамерлан. Будь счастлив.

Поворачиваюсь, чтобы уйти и в последнюю секунду замечаю, что он рвется за мной. Я все еще держу в руке ножницы. Я не могу их убрать – пальцы свело спазмом.

— Не смей меня трогать, Умаров. Я для тебя умерла. Понял?

Кровь шумит в венах, уши закладывает.

Выкидыш. Пусть думает, что у меня был выкидыш. Ему незачем знать, что ребенка я сохранила!

Быстро иду мимо белоснежных столов, мимо обомлевшей публики.

Я как Нео из Матрицы – весь мир вокруг замер, двигаюсь только я.

Но это недолго.

У самого выхода осознаю, что за мной все-таки несутся охранники.

Еще мгновение, и я окажусь прижатой к тротуарной плитке, распластанной, раздавленной…

— Оставьте ее!

Он не успевает остановить охранников.

Ильяс. Брат Тамерлана. Который когда-то был моим другом. Когда-то в другой жизни.

Мне удается увернуться, правда, несмотря на это я все-таки падаю, раздирая коленки в кровь.

Мне не больно. Разве может быть больно мертвому?

Боль – это из какой-то другой вселенной. У меня уже ничего не болит.

— Зоя! Черт! Убрали руки от нее! Отвалили, идиоты!

Я лежу на тротуаре, как сломанная кукла. Наверное, мне все равно. Краем глаза вижу, как отступают бугаи из охраны.

— Зоя, давай помогу. - Ильяс так старается!

— Руки убери от меня.

— Зоя… Не надо.

Не надо? Это он говорит мне?

Я даже не подозревала что во мне может быть столько ненависти!

Словно братья Умаровы перетянули меня на свою темную сторону!

Я ведь всегда была светлой! Мама не зря называла меня Светлячком…И он тоже…

Я была светлой, веселой, искренней, наивной. Верила в дружбу и в любовь.

Верила мужчине, который стал моим первым и должен был остаться последним.

Как быстро и просто душой может овладеть мрак!

Я ненавидела. И у меня были причины.

— Зоя…

— Уйди, Ильяс.

Встаю, оправляю юбку.

— Светлячок…

Поворачиваюсь и смотрю на парня, которого много месяцев считала другом, который признавался в любви, которому я однажды даже почти жизнь спасла.