Онлайн книга «Мы не твои»
|
Потом Тамерлана женили, не без моей помощи. Что из этого вышло — все знают. Вышло, что Там несчастен, растит чужого сына, а теперь еще, оказывается, у него есть родная дочь, но он никогда не сможет быть рядом. Брат пока ничего не сообщил матери об этом, и я тоже не буду говорить. Вспоминаю о том, как рассказывал мне Тамерлан о дочери Светлячка, и… Моя мечта остаться на Кипре рассыпается, как карточный домик. Я не могу просить у брата разрешения остаться тут. Потому что сам Тамерлан не может остаться. Я знаю, он не останется. Это точно. И мы должны уехать. И вообще… Имею ли я право на моего Воробушка, если его Светлячок… Усмехаюсь горько. Воробушек, Светлячок… Почему мы с братом именно так называем наших любимых? Не по имени. Придумываем такие забавные прозвища. Впрочем, Воробушка не я придумал. Это Надя сама сказала, что она Воробушек. Я помню, что в тот момент был дико зол. Не на неё. На весь мир. Вообще. Не мог остановить ярость, сжигающую меня. Это огонь с моего горящего тела смогли сбить довольно быстро, и серьезных ожогов у меня не так много осталось. А вот потушить гнев, злость, бессилие, ярость — не могли. Долго. Никто не мог. Даже Там, брат, который все-таки выжил, хотя я думал — не выкарабкается. Когда я попал в больницу после взрыва, брат тоже лежал там, как раз в то время, когда меня взорвали он вышел из комы, пришел в себя, пошел на поправку. А я… Я сгорал в своем собственном аду. А потом в один прекрасный день услышал чириканье… - Я вам капельницу поставлю… Помню, что голос ее как-то странно царапнул по коже. Ласковый. С хрипотцой. Милый. Но в тот момент я был охвачен демонами, которые требовали мяса, любого мяса. И крови… Им хотелось всех вокруг заставлять страдать… - Отойди от меня. И найди нормальную, опытную. Пусть она капельницу ставит. Хотел унизить ее, оскорбить, прогнать прочь, чтобы… чтобы этот ласковый голосок не бередил душу… - А я уже давно все поставила. Помню, как тогда лежал, не понимая, что делать. Повода злиться и прогонять ее не было. Был повод поблагодарить. Но я же гордый горец Умаров! Куда мне снизойти до какой-то непонятной девчонки? Только собирался выдать порцию язвительных гадостей, как… - А вообще-то я не компас. Я воробушек. Воробушек! Сейчас мне кажется, что я тогда уже знал, этот Воробушек просто так не вылетит из моей жизни. Прижимаю к себе ее мягкое тело. Такое невесомое, почти воздушной хрупкости. Но при этом… При этом мне, как мужчине все нравится. Нужные округлости в нужных местах. Очень тонкая талия. И пышно там, где надо. Провожу ладонью по ее спине, чувствую, как по коже ее бегут мурашки, она чуть двигает плечами, заставляя меня думать — как хорошо, что ночь длинная. — Ты почему не спишь, Илик? — Охраняю твой сон. — От кого? — От одного жадного парня. Слышу, как она смеется тихонько, а потом чувствую ее губы на своей коже. Это охренеть как приятно. Мягкие, полные, влажные… И сбивчивое дыхание дает мне понять, что она тоже рада длинной ночи. — Иди ко мне, сладкая… — Зачем? — Не знаю. Давай подумаем? Улыбаюсь, и чувствую ее улыбку. Ее не сложно чувствовать, мою Надежду. Моего Воробушка. — Может, чтобы ты меня поцеловал еще пару раз? — Только пару? Может… больше? — Может… Я готов. И пару, и десять пар, и сто… |