Онлайн книга «Мы не твои»
|
Перебираю вещи. Гуля все правильно приготовила, легкие поло, майки, все новое стильное, шорты, плавки, несколько пар льняных брюк, рубашки… Да уж, мой гардероб — примерно десять процентов от гардероба Ильяса. Модник, мажор — что сказать? — Ты будешь там носить шорты? — Нет, конечно! — я знаю, что открывать всему миру свои изуродованные ноги он точно не захочет. Хотя как по мне выглядят они у него нормально. Подумаешь, парочка ожогов… — Тогда я их выложу. А остальное все мне нравится. — Ну, если тебе нравится. — А что, думаешь у меня плохой вкус? — Ужасный! — нагло ухмыляется этот негодяй! — Почему это? — Не тех парней выбираешь, целуешься со всякими! Ого! Вот это предъявочка! — Это с кем же? — Со мной. Он пытается ухватить меня за руку, но я уворачиваюсь и убегаю. — Нет-нет! Все! Раз я целуюсь со всякими, то… — Ну, На-адь! — канючит как ребенок! — Ну, что-о? — Дразнюсь я. — Подойди… — теперь его голос низкий, сиплый. — Нет. — не надо, не хочу, очень опасно… — Пожалуйста… только один. Ну, если только один… Это невероятно сумасшествие! Утром в самолете я пытаюсь прятать обкусанные губы, мажу их «гигиеничкой», ловлю на себе веселый взгляд Тамерлана. Он что, одобряет мои отношения с Ильясом? Кажется да. Но… не скажу, что меня это радует. Скорее всего Тамерлан использует меня как приманку, как повод для Илика попытаться все-таки встать на ноги. Но я не та девушка, ради которой идут на подвиги. Первый час полета малыш Тамерлана — он называет его Сандро — спит в люльке, а потом начинает концерт. Орет, ревет белугой. Няньки — ни одна, ни вторая не могут его успокоить. Я вижу, как раздражается Ильяс. Он шипит на всех, его даже наушники не спасают. — Да заткнется он наконец? — Брат! А не заткнуться ли тебе? — Чёрт! Если бы я знал! Никогда бы… Все на пределе, я смотрю на няню, у которой вот-вот потекут слезы. — Дайте мне мальчика, я попробую укачать. — Еще чего! Сиди на месте, Надя! Ты не должна. — Я не должна. Я хочу! — отстегиваю ремень, встаю со своего места, прохожу к спальне, у которой стоит няня с малышом на руках. — Дайте его мне, бывает так, что у меня маленькие успокаиваются. — я это знаю, проходила практику в доме малютки. Мальчишечка такой славный, крохотный. Я знаю, что он родился раньше срока. Его мать умерла. Бедный малыш. Никто не заслуживает того, чтобы оставаться без мамы. В моих руках он сразу затихает, смотрит так внимательно, потом на его личике появляется гримаса — вот-вот снова заревет. Но я начинаю с ним болтать. Шепчу всякую чепуху, что он самый сильный малыш, самый умный, что он так похож на папу, а его папа не плачет, и ему тоже не надо реветь, а то головка заболит… Сначала он внимательно слушает, потом зевает и с важным видом, причмокивая, закрывает глаза. Еще пара минут и малыш спит. Я еще немного его укачиваю, потом перекладываю в люльку, няни смотрят благодарно, а когда я прохожу мимо мамы Ильяса и Тамерлана она берет меня за руку, смотрит в глаза, ничего не говорит. Только похлопывает своей ладонью по моей. Сажусь рядом с Ильясом. — Мне понравилось, как ты его уболтала, может и мне сегодня поможешь уснуть? — шепчет, почти касаясь губами моего уха. — я могу покричать, для верности. — Кричи, если услышу, приду. — Я запомнил. Хмыкаю, пожимая плечом, знаю, что он не увидит, и не надо. |