Онлайн книга «Мы не твои»
|
Нужно вылезти из своей скорлупы? Перестать цепляться за прошлое, за боль и обиды? А как не цепляться, если я уничтожил свою семью? Сломал жизнь брату? Отец умер из-за меня. Мать страдает… Я не встаю с этой коляски не потому, что не могу! Я знаю, что смог бы! И восстановить зрение тоже, в принципе, можно! Но я не буду. Я заслужил именно такую жизнь. Недожизнь. Жизнь, в которой я каждый день расплачиваюсь за свои поступки. Несу наказание за свою гордыню, зависть, алчность. Поэтому еще и прогнал ее. Я не имею права на счастье. Никакого права. Я думал, если причиню ей боль своими словами, выгоню, то она… она будет обижена. Со временем поймет, какое я ничтожество, поймет, что любить меня нельзя. Забудет все как страшный сон и будет жить дальше. Веселый, счастливый, прекрасный мой воробушек. Она говорит, что некрасивая, но я-то знаю какая она красавица! Чувствую! Она прекрасна внутри, и хороша снаружи. Пусть я не вижу ее глазами, я вижу сердцем! Вернее, видел. Теперь все. Ее нет. Но я обязан ее вернуть. Если она ждет ребенка — я обязан! Помогать, быть рядом, дать малышу свое имя, заботится о нем и о ней, о моей Надежде. Я должен сделать все, чтобы она простила меня и вернулась! Все! Достаю телефон, отдаю команду набрать номер. — Там? Ты мне нужен. Срочно! Надо разыскать Надю. Я знаю, что она уехала! Я говорю, что надо ее разыскать! — ору, как сумасшедший! Понимаю, что так нельзя, дышу тяжело, — Прости брат. Это на самом деле важно. Надя, она… Она ждет ребенка от меня… * * * (Прим. автора) Для тех, кто читал или читает книгу "Я не твоя" — события в книге "Мы не твои" сейчас с Надей происходят примерно через год после расставания Тамерлана и Зои — через некоторое время после возвращения Тама и Ильяса с Кипра. * * * НАДЕЖДА — Надюш, может, ты мне объяснишь все-таки, что случилось? — Извините, Товий Сергеевич, я ведь все уже объяснила? Хочу вернуться домой. — Домой. Ясно. — высокий, огромный как медведь мужчина в медицинской форме и халате встает с кресла, обходит стол, становится напротив меня. — Ясно, что ничего не ясно, Надежда, мой компас земной. Давай, рассказывай, что у тебя произошло с Умаровым? Меня бросает в краску, потому что доктор, которого в отделении и в клинике за глаза зовут Громозека, как героя известного мультфильма, попал прямо в точку. Произошло. С Умаровым. С пациентом, сиделкой и глазами которого я была целый год. — Товий Сергеевич… — Надь, ну что ты так официально-то? Сколько раз говорил, не чужие же люди? Мы с твоим отцом были как братья, а ты…Давай-ка садись, выложишь все начистоту, и мы решим проблему, да? Он говорит так просто, по-доброму, что сразу хочется плакать. И все рассказать. Но я не могу. Как я скажу, что влюбилась в пациента? Пренебрегла своим профессиональным долгом? — Я просто устала. Вы же знаете характер Ильяса? С ним сложно… — Сложно? Мне казалось, вы нашли общий язык, разве нет? Когда я осматривал его в последний раз, то… — Мне тоже казалось, но… — У вас что-то было? — Нет! — отвечаю так быстро и резко, что дяде Товию, конечно, все понятно. — Так… Ну, на правах, так сказать, твоего… опекуна что ли, я должен, наверное, поехать к нему и потребовать сатисфакции? — Что? — Я устроил к нему на работу маленькую, насколько я понимаю невинную девочку, ну, ну, не смущайся, я врач, мне можно. А этот… мажор что устроил? |