Книга Мне все равно, страница 123 – Элен Блио

— Ну, извините. Я моральный урод. Спасибо за внимание. Можно только я пойду?

— Куда?

— Подальше отсюда. – головой мотаю, воздуха не хватает.

— У тебя тренировка!

— У меня дела. Мне внезапно очень надо вернуться в Москву.

— Какая Москва? Три дня до следующей гонки.

— Прекрасно. У вас как раз есть два отличных пилота на замену. Горячий финн и Мишка.

— Торопов, ты реально берегов не видишь.

— Реально. Не вижу. Лучше отпустите меня сейчас.

— Рома! – Таша включается, ревет. – Рома, я правда ничего ей не писала! Посмотри мой телефон! Ничего!

Это уже не важно. Ничего не важно.

— Роман, давай спокойно поговорим. Я не могу тебя отпустить, ты же понимаешь? Контракт и…Наталья, выйди из кабинета. Мужской разговор.

Говорить я с ним не хочу. Но понимаю, что надо.

Я честно не очень хорошо помню контракт. По ходу мне надо будет заплатить охренеть какую неустойку если я посередине сезона просто всё брошу.

Но меня это мало волнует.

Вообще сейчас ни хрена не волнует. Только…

Только она.

Мой воздух. Моя душа. Моё сердце – ты в нем одна.

Нет ты просто и есть моё сердце.

Моя девочка, мой ангел, моя звезда, я люблю тебя, я твой навсегда.

Иди ко мне, нам двоим просто нужно согреться…

— Роман. Ты должен понимать, что сейчас всё очень серьёзно. Сейчас идёт разговор о твоей жизни, твоей карьере. О том, будут тебя воспринимать всерьёз или нет.

— Всерьёз… очень точно.

— Что? – он не понимает! Конечно.

— Мне надо чтобы меня воспринимал всерьёз один человек. Которому сейчас очень больно, понимаете? Для меня вот это важно. Важнее всего.

— Ты… серьёзно? Ты готов бросить всё, поставить на карту судьбу.

— Да мне плевать на судьбу без неё, понимаете? Плевать. Если её не будет значит я… я просто… - проглатываю ругательство, - свою судьбу, ясно?

Олег Иванович садится в кресло, в котором только что развалившись лежала веселая Таша.

Что я сделал не так? Я же не давал ей повод? Я сразу все объяснил? Или не всё? Почему она решила, что можно?

Ночью я просто вызверился. Схватил за шкирку, обозвал шалавой, сказал, что надоело все, что я сам уйду из команды если она не прекратит. Что ей ничего не светит и я сразу это сказал. А она…

— Я люблю тебя, понимаешь? Люблю! Не могу больше! Чем она лучше меня, ну чем?

— Знаешь, чем она лучше? Она бы не стала вот так. Даже если бы любила. Это не любовь, знаешь… Любовь это по-другому. Не так.

— А как? Как? Если я не могу без тебя?

— Она тоже не может, понимаешь? И ей сейчас в миллион раз хуже чем тебе, потому что я не могу быть там.

— Почему она? Почему?

— Я не знаю. Потому что. Потому что она моя. А я её.

— Тебе всего восемнадцать! Ты просто еще никого больше…

— А мне никто больше не нужен. Для меня просто никого больше нет. Не потому, что я не хочу или не могу. Нет. Понимаешь?

— Не понимаю…

— А говоришь, что любишь меня. Не любишь. Просто я не твой. Я чужой. И тебе хочется получить чужое, да? Все, Таш, уходи. Надеюсь, это всё между нами останется, да?

Я мог бы скрыть всё от Лерки. Сейчас думаю, может и лучше было бы скрыть? Может Таша и не рассказывала ничего?

— Что у тебя стряслось с этой твоей… Лерой?

— Она не отвечает.

— Давно? – Олег Иванович крутит ручку в руках, хмурый.

— С утра.

— То есть… пару часов всего? А ты уже…

— А я уже. Мне нужно в Москву. Срочно.