Книга Ты мне никто, страница 34 – Элен Блио

На ней сегодня симпатичный сарафан, голубой, в цветочек. На ногах удобные кеды. Тот же шоппер и милая шляпка.

Такая девочка – девочка. Куколка.

А у меня руки потеют от напряжения.

Как она вчера сказала – хочу ли я большего?

Чёрт. Я умираю от желания большего. Но именно с ней я четко понимаю – нет. Нельзя.

Таких девочек нельзя. Трогать нельзя. Обижать нельзя. Никак.

Сэл останавливается у входа, и я тут же паркуюсь, выскакивая из кабриолета и хватая маленький букетик ромашек.

Пижон Пижоныч – так иногда меня дядя Товий называет. Дядька у меня замечательный мужик. Известный в столице врач.

— Привет, - протягиваю цветы, замечая, как она краснеет.

— Привет, спасибо. Не стоило. Мы же идем гулять, да? Они… завянут.

— Не завянут.

Провожаю её до машины и демонстрирую целую корзину, которая стоит на заднем сидении.

— Ох… как красиво.

— Привет, Синеглазка, - разворачиваю ее, впечатывая в себя, наблюдаю. Селена губу закусывает, пытаясь отстраниться – отпускаю, понимая, что слишком резво сорвался со старта.

— Извини, я постараюсь быть сдержанным.

Она улыбается.

— Ты?

— А что, не веришь?

— Верю любому зверю, а ежу – погожу! – и пальчиком грозит, и я срываюсь, опять прижимаю, лицо ладонями обхватываю, и целую.

Осторожно, правда, целую. Нежно.

— Привет, Синеглазка, вот теперь привет.

— Привет. – шепотом отвечает и… еще тянется, и башню сносит напрочь.

И тут же раздается резкий неприятный свист.

— Коршун! Какие люди! - Разумов, одноклассник. Мы не друзья, но он с нами уже года три учится. - Хай, как сам?

Заглядывается на Селену, которой, как я вижу, сразу не очень уютно.

— Норм. Извини, опаздываем.

— Ну бывай. Шикарная девочка, одобряю.

Тебя, блин, не спросил! Сплевываю сквозь зубы, и ловлю испуганный взгляд Синеглазки.

— Прости, не все мои одноклассники нормальные ребята, есть и такое вот.

— Бывает. Мы куда-то едем или тут погуляем?

— Конечно едем, малыш! Садись.

Едем снова на пляж, в другое место, чуть побюджетнее, но тоже с вип-зоной, где и располагаемся.

Теперь я могу обнимать её в воде уже на законных, так сказать, основаниях. Правда, шорты, конечно, топорщатся, а она дико смущается.

Лежим в бунгало. Охреневаю от её близости. Он чистоты. От синих глаз.

Я, наверное, доведу себя до ручки за лето, если будет так жарко. Хочется зиму, на неё будет пуховик, и моё тело не будет так сводить… Наверное.

Целый день проводим у воды, перекусываем там же. Ближе к вечеру понимаю, что мою куколку что-то мучает.

— Стас, послушай, … я утром сказала маме, что меня пригласили погулять, и… в общем, я сказала, что это ты.

— А твоя мама меня знает?

— Нет. Просто я не хотела врать, что с подругами иду. В общем… Можно мы с тобой сделаем пару селфи?

Она меня маме хочет показать?

В другой ситуации, с другой девчонкой я бы просто слился, сказал бы твердое «нет». Но Селена…

Телефончик у неё какой-то совсем простенький. Я достаю своё яблоко последней модели, настраиваю. Да, я бы вообще и пару видео снял. Можно красиво обработать слоу-мо – это когда сначала нормальный темп, а потом медленно и наоборот. Предлагаю Селене прыгнуть в воду, а я сниму.

Где-то час мы с ней снимаем видюхи, фоткаемся, смеемся. День проходит просто на миллион баксов.

Вечером так сложно прощаться. Целуемся в машине. Я закрываю крышу – прячу моё сокровище, лунную девочку.