Онлайн книга «Девочка Да Винчи»
|
— Что зачем, Сонь? — Зачем ты это делаешь? Ты же знаешь, что я и так никому не скажу? Мы сидим друг напротив друга. Его взгляд сразу из теплого превращается в осколки льда, и подбородок каменеет. — Я же пообещала молчать? Я не стукачка и не сплетница! — Я не… Перебиваю, чувствуя ком подкатывающий, и закипающие в глазах слезы. — Мне не нужна твоя жалость! И помощь тоже. Уходи! Бросаю тряпку, подхожу к окну, слышу за спиной стук двери… Глава 6 Слезы опять подкатывают. А мне нельзя реветь. Я должна быть сильной. Ушёл! Естественно! А на что я рассчитывала? Останется из жалости? Этого я меньше всего хочу. Чтобы из жалости! Я ведь хорошо помню… Два года назад, когда бабушка еще была жива, мне исполнилось семнадцать, и я отмечала день рождения тут, в студии. Бабушка испекла фирменные пироги, мы с ней сделали салатики, купили детское шампанское и соки. Отмечали в большой аудитории, там накрыли столы. Меня пришли поздравить ученики из всех классов – делегации отправили. Мы угощали всех. Даня тоже пришёл. Он мне нравился, хоть и был на год младше. Давно нравился. Он был какой-то… настоящий. Серьёзный, ответственный… Милый. Очень красивый. Мне нравилось его рисовать. Конечно, я делала это тайно, по памяти. Его легко было рисовать по памяти. Длинная челка, высокие скулы, подбородок с ямочкой. Еще у него была ямочка на щеке, когда он улыбался. И нос с небольшой горбинкой – в детстве ударился. После поздравлений и небольшого капустника, который ребята из моего класса для меня придумали, мы устроили танцы. Мне так хотелось пригласить Даню, и я очень смутилась, когда он сам подошёл. — Потанцуешь со мной, Красотка? — Да, конечно. Мы танцевали молча, и это было немного странно, потому что мне казалось, что все остальные пары о чем-то болтают, смеются, а мы были серьёзными. Только он, кажется, с каждым мгновением прижимался ко мне сильнее. И мне это нравилось. Я думала о том, что мне семнадцать уже, а я всё еще ни с кем не встречалась, не целовалась ни разу, даже танцевала по-моему третий раз в жизни, но два первых были в школе на выступлении. А когда танец закончился он вдруг потянул меня к выходу… — Соня, прости, я не хотел тебя обидеть. Тихий голос заставляет вздрогнуть и вынырнуть из воспоминаний. Он не ушёл! Мгновенная радость ослепляет, а потом проваливается в горечь. Это просто страх, страх, что я разоблачу его, их… и жалость. — Данила, спасибо, но я правда ничего никому не собиралась говорить. — Я знаю, я не поэтому… — А почему? – резко поворачиваюсь, смотрю в его глаза. Раньше мне казалось, что он меня старше. Он высокий, плечистый, сильный не то, что другие парни в студии, которые тяжелее кисти ничего в руках не держали. Художники от слова худой или худо. Да Винчи не такой. Он… Он действительно очень красивый. Только сейчас я словно старуха рядом с ним. Слишком многое пришлось пережить. Ему не понять. Да и вообще… никому. Никто в студии не знает, что произошло со мной после смерти бабули. Никто не знает, почему я и моя сестра стали такими. Многие даже не подозревают, что мы живём тут в каморке ночного сторожа, по сути, из милости. — Сонь, ты знаешь, я к тебе хорошо отношусь и… — И тебе меня жалко. Я понимаю. — Нет. Не понимаешь… Он подходит ближе, совсем близко, поднимает руку и проводит пальцами по моему лицу… |