Онлайн книга «Девочка Да Винчи»
|
— В смысле? Какое пребывание? Я тут с первого класса, я… — И смысл? Чему ты научилась? – выступает девица с ярко-розовыми волосами, кажется Алёна, - Кому твоя мазня интересна? Ты раньше вечно вылезала только за счёт Соньки и её бабушки, которые тебе по доброте помогали! — Что? Да ты сама бездарность! Тупая! — Хватит! – орёт Варька так, что у меня уши закладывает, - Закрыли рты! Сели быстро по местам! Все переводят взгляды на педагога, явно не ожидая от неё такой прыти. — Устроили тут… Это вам не клуб по интересам, и не кабак, и не дискотека! Половина из вас не заслуживает места, которое вы тут получили. Бездари! Ого, вот это она, конечно, зря. И тут же прилетает «ответка» — Мы бездари, зато не жмемся по углам с учениками! Данечке восемнадцать-то хоть есть? Или вы его развращаете незаконно? – Адочка в своем адовом репертуаре, стерва. — Рот закрой! – я пытаюсь замять, но, видимо, криво. — А ты меня, Данечка, не затыкай! Ты свою Соню заткни, которая вас спалила, а потом побежала всем трепать. – ехидно улыбается, не сводя с меня глаз, - Мира, скажи? Мира ухмыляется, вскидывая брови. Соня? Не верю, она… она не могла. — Все по местам. Если у меня будет желание обсудить с вами личную жизнь, я это сделаю, - жёстко чеканит Варвара. — Так это вы не с нами будете обсуждать, а с директором, и с департаментом образования, - продолжает глумиться Аделина, наглая до отвращения. Зачем она это делает? Хотя, понимаю. Ревность. Она подкатывала не один раз, еще когда я тогда сох по Соньке… Дождалась, коза… — С кем я это буду обсуждать – не ваше дело, Агапова! – а Варя молодец, не прогнулась, - У вас сейчас иные задачи. Я так понимаю, вопрос похищения сестры Красовицкой остро стоит на повестке. Так что… будет лучше если вы покинете класс, и подумаете о своем поведении вне этих стен. — Никуда я не пойду, у меня занятие, оплаченное, между прочим. В этот момент над входом загорается красная лампочка и играет мелодия звонка. Да, да, тут в студии тоже есть звонки, как в школе. — Ваше оплаченное время закончено. Прошу на выход. Студийцы, кто готов доработать урок – греческий зал еще час в вашем распоряжении. Варвара выходит в коридор. Иду за ней как привязанный. — Варя… — Молчи. Всё, Данила, всё… — Что – всё? — Всё! Я не могу ставить под удар репутацию, я её не для того зарабатывала. Ты понимаешь, что меня отсюда вышвырнут, не разбираясь если эта дрянь откроет рот? Я ведь так и знала, что эта Соня… — Это не Соня. Соня не могла… — А кто? Нас видела только Соня! Так что… Она рассказала, эти подслушали. Вот так, Данечка. Верь после этого в дружбу. — Варя… — Варвара Михайловна. Извини, у меня следующее занятие через полчаса, надо готовится… Она уходит, громко стуча каблучками. Словно вколачивает в меня мысль о том, что всё кончено. Чёрт, она и вчера была пипец как недовольна и моим опозданием, и тем, что я рассказал, про помощь Соне. — Я все понимаю, Даня, но зачем? — В смысле, Варь? Они голодные, им есть нечего. — Сегодня ты накормил, а завтра? А потом она привыкнет, что её кормят, ей помогают, начнет давить на жалость, будет считать, что ей все должны, потому что она сиротка. — Варвара, притормози. — Не разговаривай со мной так, пожалуйста. Я тебе не подружка школьная. И я знаю, о чем говорю. У меня примеры есть, двоюродная сестрица такая. Всю жизнь моей мамочке пела, какая она бедная, несчастная, сирота Казанская, пока ей мать – дура, бабушкину квартиру не отписала. И та сразу отчалила. Хату продала и свалила за границу. Матери с тех пор ни разу не позвонила. Вот так. Так что… я про жалость много чего знаю. |