Книга Вне игры, страница 94 – Настя Орлова

— Я не знаю… Я…

Уверенный стук в дверь заставляет меня застыть на месте. Прийти ко мне могут лишь два человека. И я точно знаю, что сейчас за дверью не папа.

— Лиз, – шепчу я в трубку. – Он пришел.

— Кто?

— Никита. Он за дверью.

— Открывай! – смеется Лиза. – Только когда он уйдет, обязательно мне позвони. Или… Можно я приеду? Ты же дома?

— Приезжай.

— Господи, Воскресенская. Беру свои слова обратно. Твоя жизнь даже лучше, чем сериал на Netflix!

— Можно? – спрашиваю я, когда Рита открывает мне дверь.

— Можно, – отвечает тихо, переминаясь с ноги на ногу.

За то непродолжительное время, которое я провел наедине с ее отцом в кабинете, она успела переодеться и, очевидно, успокоиться. Но я не теряю бдительности – оказалось, что вспыхивает Воскресенская, как спичка, от одного неосторожного слова. Эту бы страсть да в нужное русло…

Одергиваю себя, потому что мысли о страстной Рите неумолимо воскрешают воспоминания о прошедшей ночи. А у меня и так в паху жарко, когда я смотрю на ее потрясающие голые ноги в коротких домашних шортах.

Неторопливо прохожу в спальню, с интересом оглядываясь по сторонам. Не знаю, чего я ожидал от комнаты Риты, но мне здесь нравится. Ничего кричаще девчачьего – очень сдержанный интерьер в серо-бежевой гамме. Из того, что его отличает, лишь фортепиано у стены и огромный стеллаж от пола до потолка, заставленный разноцветными корешками книг.

— Играешь? – спрашиваю я, кивая на фортепиано.

— Для мебели тут стоит. – Она демонстративно складывает руки на груди.

— А вместо книг муляжи? – предполагаю с усмешкой, замечая в глубине карих глаз огоньки пламени.

— Догадливый.

— Брось, Рит. Ты же не такая.

— Какая? – Приторно-сладкий тон лишь подчеркивает иронию, которую девчонка вкладывает в одно это слово.

— Колючая, – говорю я, делая шаг по направлению к ней.

— А что, если я как раз такая?

Не такая. Она теплая. Добрая. Любящая. Просто жизнь заставила ее нацепить колючки.

— Почему ты не хочешь быть со мной? – спрашиваю в лоб и замечаю в ее глазах мгновенную растерянность. – Точнее, не так. Ты же хочешь быть со мной. Почему упрямишься?

— Откуда такая самоуверенность, Любимов? – отражает, насмешливо выгибая бровь.

— Годы практики, – отвечаю, ничуть не смутившись. – Но я же прав, Рит. У нас с тобой все по-настоящему. Я думаю, что ты потрясающая. Умная, красивая, невероятно сексуальная. Я хочу тебя постоянно. А теперь, когда знаю, как идеально мы сошлись в физическом плане, хочу еще больше.

Говорю начистоту, потому что знаю: с Ритой любые игры бесполезны. Она интуитивно чувствует фальшь и реагирует на нее резким отторжением. Да и, будем откровенны, у меня просто нет времени на долгую игру. Наверное, было бы проще, если бы наша с ней встреча произошла при других обстоятельствах. Было бы проще, если бы часы не тикали, напоминая мне о том, как стремительно утекает время. Но у нас есть то, что есть. И я намерен извлечь максимум даже из этого положения вещей.

— Я с тобой никуда не поеду, – наконец говорит она спокойно, а ощущение такое, словно обороняется.

— Ты меня боишься?

— Я тебя не боюсь, – бросает она уверенно.

— Тогда в чем дело?

— Я тебя не боюсь, – повторяет она и вдруг добавляет: – Но мне страшно.

— Что тебя пугает? – спрашиваю мягко, делая еще один шаг ей навстречу.