Книга Посмотри в мои глаза, страница 86 – Настя Орлова

Когда мой телефон вспыхивает новым входящим сообщением, на часах почти десять вечера, а отряд готовится ко сну. Мое тело бросает в жар, короткие волоски на затылке становятся дыбом, а грудь заполняется кислородом, словно до этого момента я весь этот утомительно долгий день не жил и не дышал, а теперь снова начинаю чувствовать.

«После отбоя буду ждать тебя на тропинке, ведущей к озеру».

Не в состоянии сдержать счастливую улыбку, я глазами ищу Пашу. Одного взгляда на меня ему достаточно, чтобы понимающе ухмыльнуться и кивнуть. Большего мне не надо – я мчу в душ и переодеваться. К свиданию с Лерой мне хочется быть во всеоружии.

Мы встречаемся на нашей тропинке, исхоженной вдоль и поперек, в десять пятнадцать и, даже не поздоровавшись, сразу начинаем целоваться. Мне сложно это объяснить, но сегодня наша потребность друг в друге достигает какого-то сверхъестественного уровня. Я знаю, о чем говорю, это не мои фантазии: в том, как отчаянно Лера цепляется за меня, как жадно целует, как тесно жмется хрупким телом к моему, чувствуется нечто особенное. И если это не любовь, о которой столько говорят и пишут, то я не знаю, что это.

— Все в порядке? – спрашиваю я, когда мы, прижавшись друг к другу лбами, пытаемся отдышаться после страстного приветствия.

— Все будет хорошо, – шепчет она, согревая теплым дыханием мою щеку.

— Ты ему сказала?

Она кивает. Длинные ресницы, скрывающие от меня выражение фиалковых глаз, дрожат, и мне кажется, что девушка в этот миг едва сдерживает слезы.

— Я понимаю, что тебе было тяжело, – шепчу я, беря ее лицо в свои ладони. – Но это хорошо и правильно, Лер. Ты умница.

На мгновение ее лицо искажает болезненная гримаса, но она быстро прячет ее за мягкой улыбкой, которая придает ей особую беззащитность и хрупкость. Нежность затапливает меня изнутри. Я ощущаю неконтролируемую потребность защитить ее, стереть с ее лица следы отчаяния и слез, сделать так, чтобы со мной она всегда улыбалась.

— У меня есть для тебя подарок, – говорю я, запуская руку в карман шорт.

— Что это? – отстранившись, Лера внимательно смотрит на бархатный мешочек на моей ладони.

— Открой и посмотри.

Она протягивает руку, чтобы взять у меня мешочек, но ее пальцы так дрожат, что она никак не может справиться со шнурком, который его стягивает.

— Давай я? – предлагаю мягко.

Лера нервно смеется и кивает, а я быстро развязываю мешочек и кладу на маленькую ладошку серебряную цепочку с круглым медальоном.

— Это?.. – Она обрисовывает пальчиком контур выбитого на металле рисунка и вопросительно заглядывает мне в глаза.

— Да, синичка, – подтверждаю я. – Решил, что в этом для нас будет что-то символичное. Думал подарить тебе в финале смены, но сегодня понял, что не хочу ждать.

Лера молчит и гипнотизирует взглядом кулон.

— Не нравится?

Когда она поднимает голову, в ее глазах стоят слезы.

— Эй, ты чего? Ш-ш-ш… Не надо плакать, – шепчу я, прижимая ее голову к своему плечу, поглаживая волосы, целуя в макушку. – Лера.

— Я просто тебя не заслуживаю, – прерывисто бормочет она. – Медальон прекрасен. А у меня нет для тебя никакого подарка.

— Ты сама как подарок. Самый лучший и самый дорогой. – Признание сдавливает мне горло, но не потому, что сказать его было сложно: наоборот, это все чувства, от которых кружится голова.