Книга Твой личный враг, страница 151 – Настя Орлова

Почему же я позволила себе усомниться в нем? Я ведь всегда любила и люблю его. Я совершенно осознанно вышла за него замуж. Думала, что когда-нибудь рожу наших детей. Так почему же при первом настоящем испытании я так легко перечеркнула свою любовь и любовь, которая, в этом я теперь ничуть не сомневаюсь, живет и в сердце Даниила тоже?

Погруженная в тяжелые раздумья, я совершенно теряю счет времени и не замечаю, как пробегаю больше десяти километров. Сбавляю темп и верчу головой в поисках круглосуточного супермаркета или автомата, чтобы купить воды, и внезапно узнаю место, в котором оказалась. Именно в этом районе я хотела снять ту самую первую студию, которую в итоге забраковал отец.

Смотрю на часы и с внезапной решимостью достаю телефон.

— Мира, привет! – несмотря на ранний час, голос папы звучит бодро, но в нем отчетливо слышны нотки удивления.

— Пап, я бы хотела поговорить с тобой, – говорю честно, различая на заднем фоне радостный лепет брата. – Про Даниила.

— Конечно, – быстро соглашается он. – Что-то случилось?

— Нет, все хорошо.

— Мне как раз нужно, чтобы ты подписала одну бумагу, – задумчиво произносит папа, видимо прикидывая свой воскресный распорядок. – Мама, правда, спит еще. Давай я еще немного с Адрюшей поиграю и примерно через час приеду в офис? Удобно?

— Идеально. Спасибо, пап.

* * *

В выходной офисный холл непривычно пуст, и мои одинокие шаги отдаются глухим эхом в длинном коридоре. Когда я захожу в распахнутую дверь кабинета, отец встает с кресла и идет ко мне навстречу.

— Удивлен, что ты так рано позвонила, – произносит он с нескрываемой тревогой в голосе. – Почему ты одна?

— Я была на пробежке. Даня спит еще, – поясняю я и внезапно краснею. – Я просто не понимаю…

Папа подходит ко мне, берет меня за плечи и мягко спрашивает:

— Чего ты не понимаешь?

— Объясни мне, пожалуйста, что между вами произошло? – прошу тихо. – Я думала, ты Даню ненавидишь, ведь он же Благов.

Папа вздыхает, потом берет меня за руку и подводит к дивану. Только после того, как мы садимся на мягкие подушки, он отвечает:

— Я был не прав. Действовал импульсивно, основываясь на многолетней предубежденности. Своими поступками и словами в отношении тебя и твоего мальчика я не горжусь, но тогда мне казалось, что таким образом я защищаю тебя.

— Тогда, – повторяю я. – А что изменилось сейчас?

— Даниил смог убедить меня в том, что он достойный человек, который сделает тебя счастливой.

— Каким же образом? – спрашиваю в замешательстве.

— Он сам должен рассказать тебе, не я, – папа отрицательно качает головой. – Я могу лишь повторить то, что уже сказал, – он достойный парень. И ты с самого начала была права – мне просто нужно было дать вам обоим шанс.

— Но ведь Благовы отняли у тебя питерский проект, – напоминаю я, пытаясь сложить в голове пазл, который бы объяснил столь резкие перемены в отце.

— Мира, это бизнес, здесь нет места сантиментам, – отвечает он твердо. – Если смогли отнять – значит, мы с Игорем где-то допустили ошибку. – И вдруг мягко добавляет: – Неужели ты думаешь, что для меня бизнес может быть важнее тебя и твоего счастья?

— Ты считаешь, что с Даней я буду счастлива?

— Я в этом не сомневаюсь.

Действуя под влиянием порыва, я всем телом подаюсь вперед и крепко обнимаю отца, как вдруг замечаю на стене огромный чертеж с узнаваемым логотипом.