Книга Чума на его голову, страница 60 – Рина Беж

— Спасибо. Мне пригодится остро наточенный топор.

Гадаров младший рассмеялся совсем как прежде и ушел в свою комнату.

Я же осталась переваривать наш сумасшедший диалог. Стоило признать, что слова друга были слишком похожи на правду. Я всегда поступала по-своему – с разрешения Демида.

— Проклятье! – произнесла вслух, стукнув по подлокотникам кресла. – Демид изменился, он ушел, а я поступлю так, как хочу.

* * *

Если мне квартира при первом осмотре показалась просто игрушечной, пустой и безликой, то на Гадаровых произвела очень удручающее впечатление. Они не комментировали, но осматривались с еще большим выражением сомнения на лицах, чем то, что было у меня неделю назад.

— Мечтой всей жизни назвать ее вряд ли язык повернется, – улыбнулась, показывая, что критика принимается без ограничений, – правда?

— Да, могла бы быть и получше, – призналась Людмила.

— Ну, это же временный вариант, – подчеркнул Сергей, подмигнув. – Я одобряю. Так что, девочки, составляйте список всего, что нужно, и мы отправимся по магазинам. А я пока на кухне осмотрюсь и кофе сварю.

— Мне жаль, но ни чашек, ни чайника пока еще нет, – жалобно пожала плечами.

— Какая прекрасная новость. Значит, ты еще не окончательно решилась с переездом? – Гадаров старший рассмеялся, довольно потирая руки, но Людмила его немного осадила.

— Санька еще даже из дома не уехала, Сереж. Откуда здесь взяться чашкам и чайнику? Это ее первая попытка жить самостоятельно. Всё постепенно приобретётся. Кстати, Сашуль, помнишь, что у нас хранятся многие вещи, принадлежавшие твоим родителям?

— Угу. Но я пока не буду их забирать. Вот когда у меня появится свой дом... и я уеду от вас по-настоящему...

— Правильно, дорогая, когда встретишь своего человека и выйдешь замуж, – тихо закончила Людмила, погладив меня по плечу. – А в нашем конкретном случае требуется лишь немного оживить эту жилплощадь. Я привезла блокнот и ручку, сейчас быстро составлю список.

Гадарова просто чрезвычайно обожала составлять списки, и мы, ее близкие, об этом знали. Потому переглянулись с Сергеем понимающими улыбками: Людмила взяла инициативу в свои руки и уже не отступится. Меня сей факт очень и очень устраивал.

Я пока не знала, чем именно станет для меня эта квартира. Уютным гнездышком, к которому я в скором времени привыкну и не захочу менять ни на что другое? Или останется, как и сейчас, чужими холодными стенами, безразличными к моей судьбе. Или же превратится в еще одно убежище, вроде того чулана, где я пряталась от грозы? Хотя, если подумать, от чего мне нужно прятаться?

Или правильнее спросить: от кого?

Копать глубоко в поисках ответа не пришлось. Демид. Вот чей облик мгновенно возник перед глазами, стоило сформулировать этот вопрос.

* * *

Обустройство квартиры заняло почти целую неделю, так как ездить по магазинам удавалось лишь после того, как заканчивалась моя работа. Я пребывала в тихом шоке, осознав, сколько, оказывается, всего нужно, чтобы обеспечить самые простые потребности и то, без чего не смогу обойтись в повседневной жизни. Даже о постельном белье и полотенцах я не задумывалась, а Людмила ни слова не хотела слышать о том, чтобы оставить на окнах ужасные, наводящие тоску жалюзи.

— Это квартира, а не офис. Заедем в «Тюлевик» и подберем что-то воздушное и яркое, чтобы оживить скучные серые обои, – записывала она новый пункт в своем блокноте и тут же дополнительный подпункт. – И у кровати коврик не помешает. Такой, знаешь, с длинным ворсом, чтобы ноги утопали. И непременно с веселенькой расцветкой.