Книга Чума на его голову, страница 47 – Рина Беж

— Разве?

Демид качнул головой и развернулся к выходу. Боясь, что он сейчас уйдет, подскочила следом.

Может, я вновь придумывала то, чего нет, но мне казалось, будто он впервые в своей жизни молча взывал ко мне о помощи, а я не знала, как поступить.

— Конечно, Демид, – произнесла уверенно. – Помолвка – важный шаг. Она означает, что ты вручаешь свою жизнь женщине, которую любишь. Помолвка – это как жест верности, своего рода обещание.

— А что, если я не могу дать такого обещания? – спросил он вдруг.

— Тогда тебе не следует обручаться, – выпалила, нахмурившись.

Ответ Гадарова настолько ошеломил, что я зависла в размышлениях. Он же никогда не был кобелем и донжуаном, кто менял женщин, как перчатки. Ну не могла же я не знать его до такой степени.

— Ты все выдумываешь! – тыкнула в него пальцем, намереваясь вывести на чистую воду. – Используешь очередную уловку, чтобы завтра сбить меня с толку.

— Разве это возможно? – спросил он тихо, а в глазах даже искорок усмешки не проскочило. – Мама сказала, что ты купила новое платье и планируешь завтра блистать. Разве кто-нибудь сможет сбить тебя с толку, да еще зная твой характер?

— Ты сможешь, – ответила честно и отвернулась, чувствуя себя побежденной.

Но Демид не засмеялся, а, нежно погладив шелковый рукав моего халата, пообещал:

— Я никогда этого не сделаю, клянусь. Саша, я действительно пришел извиниться. В последнее время ты часто бываешь из-за меня либо несчастной, либо сердитой. И это неправильно.

— Пустяки, – прошептала едва слышно. – Переживу.

— Да, мы оба переживем, – согласился он. – Мне пора уезжать, давай, принцесса, попрощаемся на ночь.

Успела только обернуться, как он нежно коснулся моего лица, проскользив чуть шершавыми пальцами по щеке, а в следующую секунду резко притянул к себе и стал жадно целовать.

Пыталась ли я его остановить?

Да ни за что, ни разу.

Была ли сбита с толку?

Тысячу раз «да».

Когда Демид целовал в первый раз, это было так неожиданно, что я даже не успела ни о чем подумать. А вот теперь поняла, что жаждала его поцелуев.

Жаждала, желала, мечтала. И хотела, чтобы они никогда не заканчивались.

— Почему? – прошептала еле слышно, не предпринимая ни малюсенькой попытки, чтобы выбраться из таких крепких и желанных объятий.

— Ты знаешь почему, но слишком напугана, чтобы признаться, – получила ответ.

— Алиса...

— Алиса для тебя загадка, но придет время, и ты все поймешь, – Демид медленно провел тыльной стороной ладони по моей щеке от виска до подбородка, вновь поцеловал в уголок рта, а затем отпустил и шагнул к двери. – А теперь ложись и хорошенько выспись. Завтра не одна пара женских глаз будет прикована к Артему. Он же у нас красавчик.

Гадаров вышел раньше, чем успела ему ответить. Да и не хотелось уже разговоров. Я очень устала.

Каждая встреча с Демидом, с одной стороны, лишала всех сил, а с другой – приводила в страшное возбуждение. Сегодня мне не следовало произносить слово «ревность», потому что именно в нем заключалась правда. Только не та, которую озвучила в гостиной.

А немного другая, не имеющая никакого отношения к моим родителям.

На торжество, посвященное помолвке, я приехала с Артемом, и, поскольку мы уже давно все делали вместе, этому никто не удивился. Я хорошо знала Гадарова младшего и его временами капризный характер, потому, чтобы не провоцировать его обидчивость, о поездке на собственной машине даже не заикалась.