Книга Развод в 45. Богатые тоже платят, страница 15 – Рина Беж

— Еще о чем-то? — хмыкает, скалясь.

— Аха! Мне не обязательно смотреть исключительно в сторону пенсии, дорогой. Дамы постарше нередко нравятся мужчинам помоложе.

Сжатой в кулак рукой проводит по линии челюсти и, закрыв на минуту глаза, выдает недоверчиво:

— Боже, ты что? На малолеток решила заглядываться? Вика-Вика, прекрати нести чушь! Мужчина в сорок плюс и женщина в сорок плюс — это небо и земля. И угадай, кто сверху? Нас нельзя сравнивать.

Нельзя сравнивать?

Дайте лопату, одному царьку срочно нужно поправить корону.

Впрочем, словесно тоже можно неплохо размазывать.

— Так это ж если возраст один, Бардин, — напоминаю супругу маленькую важную детальку. — А у нас с тобой, даже десятилетия разные. Мне всего лишь пятый десяток. А у тебя уже шестой. Чуешь разницу?

— Это бред.

— Нет! Это дело вкуса, — цокаю языком. — Как говорится, сколько людей, столько и мнений.

— Ты мне мстишь, да? — морщится.

— Только не говори, что открыл Америку.

— Я никогда не думал, Вика, что ты настолько циничная истеричка. Хотя, о чем я? Стоит вспомнить твоих чокнутых подружек, и удивляться нет причин.

Вот гад! На святое рот открыл?!

— Ты моих подружек не трогай! — медленно вожу головой из стороны в сторону.

Порву.

И он это знает.

Но все равно провоцирует.

— С чего вдруг, Вика? — ухмыляется неприятно. — Нет, родная. Неприкосновенных у нас нет. Твоя Соболева ответит за то, что натворила!

— А что она сделала, Толь? Поделись секретом.

— А то ты не знаешь!

— По поводу пи-пи или по поводу ка-ка возмущаешься? — перенимаю его хамство.

— Она могла меня убить! — ревёт диким вепрем. — Ее непрофессионализм…

— Помог тебе сбросить килограммов пять дерьма? Или больше? На весы не вставал случаем?

— Ты совсем дура?

— Теперь понимаю, что да, — не собираюсь спорить. — А любимка твоя как? Умница? Помогла чистоту навести или сбежала, сверкая пятками?

— Не суди всех по себе! Азалия меня не бросила. И двое суток…

Фыркаю и перебиваю…

— … в аптеку за памперсами для взрослых бегала? А присыпку для нежных поп тоже покупала?

— Вика, ты переходишь границы! — наступает, сжимая кулаки.

А что Вика? Вика, дура, проморгала лосиные рога на голове. Да еще такие ветвистые! Хрен знает, как долго отпиливать придется, а потом еще от перхоти избавляться…

Какие уж тут теперь границы?

Потому и несет так, что мозг за языком не успевает.

Никогда такой грубиянкой и хамкой не была.

Никогда не шла на открытый конфликт.

Никогда не провоцировала не то что на скандал, на рукоприкладство.

То-то Толик не понимает, что делать.

Интересно, а ударить он меня может?

Раньше никогда о таком не задумывалась. Но так и повода не было. А сейчас… я действительно хочу вывести его за пределы адекватности и посмотреть, на что он — тот, которого я, оказывается, совершенно не знаю, еще способен.

Ударить? Избить? Придушить?

— Границы, Анатолий, перешел ты, представ голым в квартире любовницы перед законной супругой, — чеканю, глядя ему в глаза. — Галя всего лишь чуть-чуть неудачно пошутила.

— Чуть-чуть пошутила?

— Именно, Бардин. И лучше тебе случившееся воспринимать именно так и не делать в ее отношении никаких злостных поползновений, иначе…

— Ты мне угрожаешь?

— Точно! — киваю и продолжаю с того, на чем остановилась, — … иначе о твоем большом конфузе узнают все заинтересованные лица. Нравственные качества, может, теперь и не особо ценятся, Толя, но честность вряд ли не в почете. Особенно, у людей бизнеса.