Книга Случайная мама. Чудо под Новый год, страница 53 – Рина Беж

Мы сидим на диване. На ноги накинут мягкий вязанный плед ручной работы. В руках расписанные под хохлому пузатые чашки со слегка подостывшим безалкогольным глинтвейном. На маленьком низком столике в джутовой корзинке ярко-рыжие клементины.

Фантастически нереальная картинка.

Теплая, уютная, семейная.

И вместе с тем невероятно будоражащая.

Отключающая голову и активирующая эмоциональную часть и чувства.

— Саш, ты очень откровенен, — говорю негромко, пропитываясь атмосферой расслабленности и загадочности.

— Так и есть, Оксана. И я сам себе удивляюсь.

— Почему?

— Потому что не привык к такому, — ловит взглядом мою взлетевшую вверх бровь и кивает. — Не поверишь, но я закрытый человек по жизни. Очень плохо схожусь с новыми людьми. Не то чтобы заранее их отторгаю, но максимально долго держу дистанцию. Всегда таким был плюс профдеформация.

Неверяще качаю головой. А он вдруг хмыкает, прикрывая кулаком рот, и тут же поясняет свою реакцию:

— Наверное, поэтому Милка у нас такая сердобольная. Ей моя часть человеколюбия передалась, вот она и отрывается, как может… А мы разгребаем последствия.

Присоединяюсь к смеху.

Четко подмечено. Прям на все сто процентов. Я с этой троюродной сестрой Звягинцевых еще ни разу лично не встречалась, но уже ее активности побаиваюсь. Дважды попадала в двоякие ситуации, которые создавались с ее «легкой» руки.

А что будет при встрече?

Страшно представить. Хоть заранее каску и бронежилет на Озон заказывай.

— Никогда бы не подумала, что ты закрытый человек, Саш, — качаю головой, возвращаясь к теме откровенности. — Ну, если не вспоминать случай в твоей конторе.

— Там была другая ситуация, — фыркает и наклоняется вперед. Опускает на стол опустевшую чашку. Выпрямляется и вновь поворачивается ко мне. — Что же касается откровенности… я, начиная с момента нашего с тобой феерического падения в сугроб, все чаще задумываюсь над тем, что ты, Оксана, мой человек. В том плане, что мне с тобой легко и комфортно. Разговаривать, молчать, обсуждать любые темы, смотреть телевизор, играть с дочкой, даже покупками в магазине заниматься, не мечтая поскорее оттуда удрать. Ощущение такое, будто мы уже были когда-то знакомы, близко, но по какой-то неведомой причине потерялись.

Звягинцев скользит взглядом по моему лицу, шее, груди, руке, перебирающей шелковистые волосы Никуси, уснувшей головой у меня на коленях, а кажется, что не просто смотрит, а прикасается глазами. Вызывает щекотные мурашки и рождает под кожей тепло, примагничивает к себе неведомой силой и побуждает податься ближе… и ближе…

Невероятная энергетика.

Сумасшедшее притяжение.

Если б не конфетка, уснувшая между нами и тем самым создавшая барьер… очень, скажем прямо, безопасный и пресекающий глупости…

Провожу зубами по нижней губе и все же отваживаюсь на ответную откровенность.

— Знаешь, Саш, твои слова звучат очень странно, учитывая количество времени, в течение которого мы знакомы. Но я тебя, кажется, понимаю, потому что мне тоже комфортно быть с вами рядом. С Никой. И с тобой.

— Так это ж здорово, — Звягинцев накрывает мою ладонь своей, всего на пару биений сердца, потом отпускает и тянется к корзинке с клементинами.

— Тебе почистить, Ксюш?

— О да, давай!

К общему спокойствию на этом сложные темы мы заканчиваем и переходим к более легким и веселым.