Книга Развод. Вина Тирана, страница 80 – Софи Вирго

— И не папкай те мне тут, я все сказал. Давайте, если уж у меня получается, то и у вас получится. Вы мои сыновья или нет? – по-доброму шутит над ними муж, и они, тяжело вздохнув, начинают лепить вареники.

Какие же они недовольные сейчас. Надулись, как мыши на крупу, но это так безумно мило. Давно мы так не собирались. Так легко на душе становится, привычно, уютно, и так не хочется, чтобы этот вечер заканчивался.

Пока лепим, ребята рассказывают о своих школьных днях. Мы с Эмиром по очереди задаем им вопросы, вечер протекает в комфортной обстановке. Нам всем весело и интересно, мы с мужем даже рассказываем свои истории в тему из школьной жизни.

Для детей мы, конечно, древние, им не верится, что мы тоже чудили, но это жизнь, это действительно было, и, глядя на них, слушая их, сейчас вспоминаю себя в их возрасте. Тоже так думала, тоже не понимала родителей, не могла поверить им.

Как время все меняет. Еще немного, и они упорхнут из домашнего гнездышка и будут вить свое, поэтому эти мгновения очень ценны. И жаль вспоминаю о том, что было бы неплохо нас сфотографировать, только тогда, когда отмываю всех от муки и укладываю спать.

Я, как всегда, в такие моменты.

Вот почему у меня нет привычки оставлять в памяти такие моменты? Вернее, не так. Оставлять на носителях эти моменты. В памяти это все сохранится, но ведь иногда хочется посмотреть, как это было со стороны, просто полистать домашний альбом и, глядя на снимки, начать вспоминать эти дни. В следующий раз заметку себе на лбу напишу – сделать фото.

— Завтра будет сложный день, - едва выхожу из ванной, натыкаюсь на Эмира, сидящего на постели. - Понимаю, что просить тебя остаться дома бессмысленно, но все же попрошу, хотя бы будь в людных местах, не оставайся одна, а еще лучше, не отходи ни на шаг от охранников. Самый идеальный вариант, конечно, чтобы ты и дети завтра остались дома, провели еще один семейный день и дожидались меня. Но, правда, я буду поздно.

— Завтра покончишь со своими проблемами? - растирая крем на руках, спрашиваю у него довольно спокойно, но это лишь внешнее.

Он не представляет, как внутри сейчас бешено колотится мое сердце от волнения. Мне страшно за него. Я не знаю, что он задумал и не знаю, что собирается делать. Люблю я его не смотря ни на что, поэтому так и реагирую. Будь он мне безразличен, тогда просто бы угукнула и отпустила.

— Да, завтра все закончится. Если что, не жди меня. Не знаю, во сколько освобожусь, - он встает с постели, подходит ко мне и целует в лоб, приобняв за плечи. - Завтра все закончится, Снежан, и тебе больше ничего не будет угрожать.

Его голос какой-то сломленный. Я видела, как он весь вечер наблюдал за детьми и за мной. Он словно прощался. Все его поведение говорило о том, что беспокоиться о чем-то.

И вот, сейчас, он стоит передо мной, смотрит так, что душу наизнанку выворачивает. Ему важно, чтобы вечер закончился хорошо, ему хочется, чтобы в памяти остались теплые воспоминания, и это пугает. Но я не могу его расспрашивать, все равно не ответит, поэтому делаю то, чего просят мое сердце.

Делаю маленький шаг вперед, обнимаю его, прижимаюсь к широкой груди.

— Береги себя, Эмир. Чтобы между нами не происходило, я очень хочу, чтобы у тебя все получилось, и тебе ничего не угрожало. Возвращайся скорее.