Книга Босс, засос и прочие неприятности, страница 39 – Софи Вирго

— Злата? – вытаскивает мены из мыслей сотрудница.

Опять погрузилась в анализ. Да и предвкушаю масштаб ора босса. Утром ведь у него выездные встречи, а я вчера была очень зла. Настолько, что утром вместе со мной в приемную приехали с десятка полтора горшков с цветами, которые так не жалует Барсов.

И не поверите, плевать. Моя приемная. Он итак многое мне не сделал для комфорта. Так пусть хоть глаза порадуются, раз уж спина ноет.

— Я поняла, постараюсь сделать все, что в моих силах.

Забираю протянутую папку и кладу ее сбоку от основной стопки, чтобы потом решить, как поступить.

— Что за. Амина! Совсем страх поте… – перевожу взгляд на обалдевшего боса, тот явно не узнает меня, и одна Ольга мечется глазами из стороны в строну, думая, как лучше сбежать, пока не грянула буря.

— Это цветы. Две недели прошло же? Прошло.

Пожимаю плечами, включая дурочку, чем бешу его еще больше. Ну, а что, Ира права, порой надо показать себя глупенькой, чтобы мужик сначала удивился, потом умилился, растаял, ты взяла, что нужно, а потом пусть сколько хочет рычит, когда одумается.

Мне всего лишь нужен комфорт. Сам напросился.

— В кабинет. Живо!

Громко хлопнув стеклянной дверью, которая чудом уцелела, скрылся в кабинете.

Что же, сейчас будет жарко.

Эх. Была не была.

— Я, пожалуй, пойду, — нервно икнув, исчезает сотрудница, а я, взяв папки и положив на них сверху служебку на покупку мебели, иду в логово тигра. Вернее, Барса.

К счастью, документов скопилось не так уж и много, поэтому в кабинет вхожу не как каракатица, пытающаяcя удержать полметра бумаг, а как грациозная лань, вычерчивая походку от бедра. И вот на те девяносто, что сейчас покачиваются из стороны в сторону, облепленные брюками, босс, совершенно этого не скрывая, пялится. Да, у меня красивая фигура. Зачем так открыто удивляться? Никакого такта.

Он даже не замечает, как я оказываюсь рядом с его столом. Отвлекается только когда на стол перед ним с хлопком опускается стопочка папок. Правда, я сдвигаю ее чуть в сторону, кладу на центр стола свою бумажку.

— Подпишите, пожалуйста, служебку, — произношу елейным голосочком.

Руслан, прочистив горло, берет лист и начинает читать. Проходит несколько минут. Хмурит густые брови, и я понимаю, придется отстаивать свои хотелки. Эх.

— А не много ли ты себе позволяешь? Это всю приемную заменить. Не жирно ли будет? Ладно стол, стул, да даже эти цветы дурацкие, которые совершенно не вписываются в интерьер, но все шкафы. Не позволю!

Даже встает со стула, отчего мне приходится сделать пару шагов назад. И чего так сразу кричит и нервничает? Я ведь даже еще рот не открыла.

— Или что, думаешь, распустила волосы, оделась прилично, и все, сможешь из меня веревки вить? Да не быть этому. Такие манипуляции на меня не действуют. Ты сейчас же выкинешь всю оранжерею из моей приемной и больше никогда не посмеешь нарушать правила. Поняла меня? Иначе уволю к лешему!

— Да что вы на меня так кричите? Не собиралась я манипулировать вами. Вы сами сказали, что, если продержусь две недели, смогу выбить себе комфортные условия. Вот и все. Срок вышел, а ваша серая гамма вводит в тоску и понижает работоспособность. Мне выть к концу дня хочется от этого кошмара. Ну, подпишите, пожалуйста, — быстро-быстро хлопаю ресничками, словно выдуть из него хочу все напряжение и непонятно откуда взявшуюся злобу.